ФИХАН Кристин — Сумерки перед Рождеством_П-1

Кристин ФИХАН
СУМЕРКИ ПЕРЕД РОЖДЕСТВОМ
Christine Feehan
The Twilight Before Christmas
2003

Серийность: Сестры Дрейк, #2
Перевод: Ксю
Редактор: Велька


Автор бестселлеров Кейт Дрейк – одна из семи сестер, наделенных даром колдовства. Вернувшись домой ко времени ежегодного рождественского шествия, Кейт, воодушевленная праздничным настроем, решает открыть книжный магазин в очаровательной, но полуразрушенной старой мельнице. Бывший рейнджер армии США, имеющий боевые награды, а теперь местный подрядчик, Мэтт Грэнит не против поработать в странном доме, лишь бы быть поближе к Кейт. Что-то в этой спокойной, чувственной женщине неодолимо влечет его.
Когда фундамент мельницы от землетрясения трескается, открывая старый склеп, Кейт чувствует, что из него выходит древнее зло – и что ему нужна именно она. Хотя Мэтт и клянется защищать ее от заката до рассвета, Кейт понимает, что ей придется призвать на помощь силы всех сестер, чтобы побороть тьму, грозящую уничтожить Рождество и дар обжигающей душу страсти, что навечно вручил ей герой города и ее романа...



ПРЕДРОЖДЕСТВЕНСКИЙ СУМРАК
Авторы: Хизер Кинг и Роуз Брунгард

Предрождественский сумрак и все, что вокруг
Случилось потом, – моих дело рук.
Шар стеклянный в руках хранит дивный секрет,
В нем клубится туман там, где должен быть снег.

И жутко холодным станет воздух для них,
Если мимо печати я внутрь проник.
Венок остролиста, что висит на дверях,
Гораздо прекраснее втоптанный в грязь.

Город спит беспробудно в кроватке своей,
Но кошмар скоро вклинится в мысли людей.
Это время обычно приносит дары,
Но теперь поменялся расклад той игры.

Лишь любовники встретятся под омелы венком,
В ту же ночь пламя страха охватит их дом
И кровь обагрит свежевыпавший снег
А вокруг разольется рождественский свет.

Звезда раскаляется в черной ночи,
Отмечая набатом приход полночи.
Под этой звездой, что так ярко горит,
Я счастлив, что Рок воздаянье свершит.

Их чулок на камине иных ждет даров,
Но сокрытая тайна не требует слов.
Бьется тень от свечи, застилая им свет,
Только воск испаряется, сходит на нет.

И последний мой дар предвещает конец,
Для любимого сына, словно нож, леденец.
Он смотрит, лелеет, знает эти места,
Но не сможет избегнуть удара хлыста.

Все дела свершены, и прощенье мое,
Коль любовь навсегда разделят вдвоем.


Глава 1

Предрождественский сумрак и все, что вокруг
Случилось потом, – моих дело рук.

– Только молчи. Молчи, молчи, – сидя в грузовике, бормотал словно мантру себе под нос Дэнни Грэнит, наблюдая как его старший брат тщательно отбирает органические помидоры в овощной лавке Старика Марса. Дэнни взглянул на ключи в зажигании, чтобы убедиться, что грузовик на ходу и все, что нужно будет сделать Мэттью, – просто забраться внутрь и завести его. Он высунулся из окна, без особого энтузиазма помахал пожилому мужчине рукой и хмуро посмотрел на брата:
– Пошевеливайся, Мэтт. Я умираю с голоду.
Мэтт состроил ему рожу, а затем очаровательно улыбнулся старику.
– С Рождеством, мистер Марс, – жизнерадостно сказал он, отдавая тому деньги и забирая пакет с помидорами. – До Рождества осталось меньше двух недель. Жду не дождусь праздничного шествия.
Дэнни застонал. Лицо Старика Марса стало чернее тучи. Его кустистые брови сошлись над переносицей в прямую толстую линию. Он недовольно заворчал и сплюнул.
Улыбка на лице Мэтта стала еще шире и превратилась в мальчишескую ухмылку. Он поспешно обогнул кузов машины и распахнул дверцу со стороны водителя. Еще даже не успев толком сесть, он включил радио, и из динамиков полилась громкая песня «Бубенцы, бубенцы».
– Лучше трогай, Мэтт, – нервно пробормотал Дэнни, глянув из окна на овощную лавку. – Он вооружается. А тебе просто не терпелось пожелать ему счастливого Рождества, да? Ты же знаешь, он ненавидит рождественское шествие, а эта мелодия еще сильнее его раздражает!
Первый помидор врезался в заднее стекло, когда Мэтт нажал на газ и грузовик, виляя и разбрасывая грязь из-под колес, устремился вперед. Помидор был послан с большой точностью и запачкал все стекло соком, семенами и мякотью. Еще несколько «снарядов» попали в дверцу задка кузова, пока грузовик выезжал с парковки и мчался по улице.
Дэнни хмуро посмотрел на брата:
– Тебе обязательно надо было желать ему счастливого Рождества? Все знают, что Марс его ненавидит. В прошлом году он пнул пастуха из полночного шествия, а теперь будет еще более злобным. Если бы ты не произнес это слово, в этом году мы могли бы уехать невредимыми. А теперь он обязательно отомстит.
Широкие плечи Мэтта затряслись от смеха.
– Насколько помню, в прошлом году пастуха играл ты. Он не так уж сильно тебя поранил, малыш Дэнни. Небольшой пинок в голень тебе на пользу. Закаляет характер.
– Тебе смешно только потому, что это была не твоя голень. – Дэнни потер ногу, словно спустя год ему все еще было больно.
– Перестань ныть, – заметил Мэтт. Он поехал по узкой ленте дороги, петлявшей вдоль скал над океаном. Хотя Мэтту хорошо был известен путь, на этих американских горках было невозможно разогнаться. Он обогнул острый выступ и стал готовиться к следующему резкому повороту. Нужно было ехать вверх по холму, а потом почти столько же резко вниз. Справа нависала гора, крутой склон которой порос изумрудной травой и захватывающим дух диким разноцветьем. Слева вдоль линии скал шла узкая тропинка, за которой открывался голубой океанский простор с пенными барашками и грохочущими волнами.
– Бог ты мой! Это же Кейт Дрейк, – весело заметил Дэнни, указывая на женщину, едущую по этой узкой тропинке на лошади.
– Этого не может быть. – Мэтт быстро опустил стекло и высунулся, неприкрыто глазея. Он мог видеть только спину облаченной в белое наездницы с каштановыми волосами, отливавшими в свете солнечных лучей красным. У Мэтта заколотилось сердце, а во рту пересохло. Только Кейт Дрейк могла в белом ездить на лошади в такой близости от дороги. Это точно она. Он замедлил ход грузовика, чтобы лучше ее разглядеть, когда будет проезжать мимо, одновременно выключая радио.
– Мэтт! Смотри, куда едешь, – заорал Дэнни, обхватывая себя руками, когда грузовик съехал с дороги и покатился прямо в покрытый травой холм. Машина резко остановилась. От удара обоих мужчин откинуло назад, и теперь их удерживали в плену ремни безопасности.
– Черт! – воскликнул Мэтт, поворачиваясь к брату: – Ты в порядке?
– Нет, я не в порядке, тупица! Ты снова увез нас в кювет, поскольку пялился на Кейт Дрейк. У меня все болит. Мне нужен шейный корсет, и, кажется, я сломал мизинец. – Дэнни поднял руку, держась за запястье и издавая громкие стоны.
– Да заткнись ты, – грубо сказал Мэтт.
– Мэттью Грэнит. Господи, ты не пострадал? У меня есть мобильный телефон, и я могу доехать до обрыва и вызвать помощь.
Все, что он помнил, – голос Кейт. Тихий, мелодичный, предназначенный для длинных ночей на атласных простынях. Мэтт повернул голову и посмотрел на нее, упиваясь видом. Последний раз они разговаривали долгих четыре года назад. Сейчас Кейт, намотав поводья на руку, стояла рядом с грузовиком, и в ее больших зеленых глазах было беспокойство. Он исподволь заметил, какая красивая у нее кожа. Безупречная, совершенная. Она казалась такой мягкой, что ему хотелось коснуться ее щеки пальцем, чтобы убедиться, что Кейт настоящая.
– Все в порядке, Кейт. – То, что он мог говорить, было просто чудом. Казалось, у него язык присох к нёбу. – Должно быть, я поторопился сделать поворот.
Со стороны Дэнни послышалось едкое фырканье.
– Ты полз, как черепаха. Просто не смотрел, куда едешь.
Носок ботинка Мэтта со всей силы впечатался в голень Дэнни, и тот душераздирающе заорал.
– Неудивительно, что в прошлом году Старику Марсу захотелось тебя пнуть, – пробормотал Мэтт.
– Дэниел, тебе больно? – Кейт казалась встревоженной, но ее красивая нижняя губа подрагивала, словно от смеха.
Решив увести ее от брата, Мэтт поспешно распахнул дверцу, но не рассчитал усилие. Дверца с громким звуком ударила Кейт по ногам. Она отскочила, лошадь почти взвилась на дыбы, а чертов Дэнни захохотал, как гиена.
Мэтт застонал. Это повторялось раз за разом. Он был рейнджером армии Соединенных Штатов, имел награды, много лет служил, участвуя в секретных операциях, где его жизнь зависела от физической силы и хладнокровия, тем не менее в присутствии Кейт он всегда выставлял себя неуклюжим и тупым. Мэтт выпрямился во весь рост и возвышался над ней, чувствуя себя великаном. Кейт всегда была совершенной. Уравновешенной, четко излагающей мысли, грациозной. Вот она стоит, прекрасная, одетая во все белое, с красиво растрепанными ветром волосами. Кейт была единственным на свете человеком, способным заставить его растерять все хладнокровие, одновременно вызывая жар одной лишь своей улыбкой.
– Дэнни правда пострадал? – спросила Кейт, чуть повернув голову и пытаясь успокоить испуганную лошадь.
Это дало Мэтту возможность рассмотреть ее фигуру. Он упивался видом, скользя голодным взглядом по мягким изгибам тела Кейт. Ему всегда нравилось смотреть, как она уходит. Никто не двигался так сексуально, как она. Кейт выглядела такой правильной, но при этом обладала завлекающей походкой, соблазняющим взглядом и шикарными волосами, прикосновение которых к своей коже любой мужчина желал бы ощущать ночь напролет. Мэтту еле удалось сдержать стон. Как он мог не знать, не почувствовать, что Кейт вернулась в город. Внутренний радар, должно быть, подводил его.
– С Дэнни все в порядке, – заверил ее Мэтт.
Она послала ему через плечо улыбку.
– Сколько раз ты попадал в аварии, Мэтт? Похоже, в те редкие разы, что я тебя видела за последние несколько лет, твоя бедная машинка всегда была помята.
Это было правдой, но по ее вине. Кейт Дрейк словно служила катализатором для странного поведения. Он был хорош во всем, но в присутствии Кейт едва мог нормально говорить.
Лошадь беспокойно задвигалась, срочно требуя внимания Кейт и давая Мэтту время осознать, что в совершенном контрасте с ее безупречным белым одеянием его джинсы и голубая рабочая рубашка были испачканы грязью, опилками и цементом. Он воспользовался возможностью стряхнуть пыль со своей одежды, подняв серое облако, окутавшее Кейт, когда она вновь к нему повернулась. Кейт тихо кашлянула, и длинные пушистые ресницы затрепетали в попытке не дать пыли попасть ей в глаза. Со стороны Дэнни послышался еще один саркастичный смешок.
Мэтт бросил на брата взгляд, обещавший тому скорую смерть, и повернулся к Кейт.
– Я понятия не имел, что ты вернулась. Городские сплетницы меня подвели. – Инес из продовольственного магазина упоминала, что приехали Сара, Ханна и Абигайль, трое из ее сестер, но про саму Кейт она не говорила ни слова.
– Сара вернулась, а ты же знаешь, какая у меня семья. Мы стараемся собираться как можно чаще. – Она пожала плечами. Вроде бы это был простой жест, но у нее он выглядел чертовски сексуально. – Я проводила в Лондоне исследования для своего следующего триллера. – Она тихо рассмеялась. Этот звук проник Мэтту в самую душу и вызвал странную реакцию в его теле. – Лондонский туман – это всегда отличный антураж для страшного повествования. До этого я была на Борнео.
Кейт путешествовала по миру, собирая материалы для своих популярных романов и полных тайн детективов. Она была так прекрасна, что он испытывал боль, глядя на нее, такую утонченную, и ощущая себя рядом с ней каким-то дикарем. Кейт была так сексуальна, что ему хотелось превратиться в пещерного человека, закинуть ее на плечо и утащить в свое логово.
– Сара помолвлена с Деймоном Уайлдером. – Она чуть склонила голову и снова потрепала лошадь по шее. – Ты с ним встречался?
– Нет, но все об этом говорят. Никто не ожидал, что Сара выйдет замуж.
Мэтт смотрел, как солнце целует ее волосы, превращая шелковистые пряди в сверкающие потоки искушения. Проследив взглядом за ее рукой, гладившей шею лошади, он с облегчением заметил отсутствие кольца.
Дэнни кашлянул и, выглянув с водительской стороны, громко прошептал:
– Брат, у тебя слюни текут.
Недолго думая, Мэтт захлопнул дверь ногой.
– Ты в этот раз надолго приехала? – Он затаил дыхание в ожидании ответа. Вдобавок ко всему Дэнни захихикал. Мэтт мысленно поклялся, что до конца дня у их родителей станет на одного сына меньше.
– Вообще-то я решила остаться, сделав Си-Хевен своей «домашней» базой, и купила старую мельницу на скалах над бухтой Си-Лайон. Планирую сделать там ремонт и открыть книжный магазин и кафе, перестроить дом, чтобы в нем можно было жить. Я устала скитаться и готова вернуться домой.
Кейт улыбнулась. Помимо идеальной кожи у нее были идеальные зубы. Мэтт поймал себя на том, что пялится на нее, в то время как у него дрожала под ногами земля. Он просто стоял и улыбался мысли, что Кейт на постоянной основе поселится в их родном городке.
По небу пробежала тень, черные ленты закружились и завертелись, скрывая в темном ведьмином котле облаков солнце. Где-то вскрикнула чайка. Ее предупреждающий крик подхватила целая стая птиц над головой. Мэтт был настолько зачарован улыбкой Кейт, что не сразу сообразил, что земля действительно ходит ходуном и дело тут вовсе не в удивительном эффекте, который на него производила собеседница. Лошадь опасно попятилась к дороге, вскидывая голову и чуть ли не отрывая Кейт от земли. Мэтт поспешно забрал у нее поводья, стараясь успокоить животное. Другой рукой он обнял Кейт за талию, прижимая ее хрупкое тело к своему и не давая упасть в образовавшуюся в нескольких футах от них неровную щель в земле, быстро растущую по направлению прямо к тому месту, где стояла Кейт. Мэтт приподнял ее и, ведя на поводу лошадь, быстро оттащил на несколько футов назад от разверзшейся трещины. Она была всего в несколько дюймов шириной, но гораздо больше в глубину, и очень длинной, достигнув таким образом насыпи.
– Дэнни, ты в порядке? – окликнул Мэтт брата.
– Да, все отлично. Это было сильно.
Кейт прижалась к Мэтту, цепляясь изящными руками за плечи. Он услышал, как она резко втянула воздух, что противоречило ее спокойному поведению, но кричать не стала. Земля успокоилась, и Мэтт позволил Кейт опустить ноги на тропинку, продолжая при этом прижимать ее к себе. Кейт была невероятно теплой, мягкой и пахла свежими цветами. Он склонился над ней, вдохнул ее аромат и коснулся подбородком волос:
– Ты в порядке?
Кейт с прежним безмятежным видом шептала лошади что-то успокаивающее. Ничто ее не волновало, ни землетрясения, ни тем более Мэттью Грэнит.
– Да, конечно, это было просто небольшое землетрясение. – Она озадаченно посмотрела на клубящиеся облака и слегка нахмурилась.
– Оно было довольно сильным. И земля разверзлась прямо у твоих ног.
Кейт похлопывала лошадь по шее, очевидно, не осознавая, что Мэтт продолжает ее удерживать между своим телом и лошадиным. Он видел, как дрожат ее руки, когда она старалась сохранять спокойствие, и от этого восхищался еще больше. Кейт подняла лицо навстречу ветру.
– Люблю морской бриз. Едва ощущаю его дуновение, чувствую себя дома.
Мэтт откашлялся. У Кейт был красивый профиль. Ее волосы были подняты наверх и собраны в сложный узел, открывая длинную, красивую шею. Когда она повернулась, тонкая блузка натянулась на груди, очертив полные округлости, такие пленительные, что он еле сдержался, чтобы не склониться вниз и не прижаться губами к прилегающей белой ткани. Он попытался пошевелиться, отойти, но словно прирос к ней, зачарованный. Кейт элегантными очертаниями и мягкими женскими изгибами всегда напоминала ему балерину. Легкие Мэтта горели от недостатка воздуха, а в голове был странный гул. Он трижды открывал рот, прежде чем смог произнести нечто членораздельное:
– Если ты серьезно задумала ремонт, Кейт, моя семья как раз занимается строительством.
Она обратила на него всю силу своих огромных глаз.
– Я помню, что вы все строители. Мне всегда казалось это замечательным занятием. – Она взяла его за руки. Они были большими, загрубевшими и мозолистыми, в то время как ее –маленькими и мягкими. – Мне всегда нравились твои руки, Мэттью. Помню, когда я была юной, то хотела, чтобы у меня были твои умелые руки. – От ее слов и прикосновения его кожу начали лизать язычки пламени.
Мэтт был уверен, что услышал фыркание и нечто похожее на смешок с того места, где сейчас находился его младший брат.
– Думаю, ты достаточно за нее подержался, братец, – крикнул Дэнни. – Земля перестала трястись несколько минут назад.
Мэтт был слишком хорошо воспитан, чтобы указать брату, что Кейт держала его за руки. Он заметил, что ее щеки покрывает еле заметный румянец, и нехотя отступил назад. Ветер ерошил локоны Кейт, но это делало ее еще более привлекательной.
– Прости. За последнее время это первый раз, когда случается такое сильное земля трясение. – Он в смятении запустил пальцы в свои темные волосы, пытаясь придумать что-нибудь блестящее, чтобы не дать ей уйти. Но в его сознании было пусто, абсолютно пусто. Кейт повернулась к своей лошади. Мэтт начинал отчаиваться. Он взрослый мужчина, работящий, некоторые даже говорили, гениальный, когда дело доходило до проектирования, и большинство женщин откровенно на него вешались, а Кейт спокойно взяла поводья лошади – никаких тебе слабеющих коленей – ничуть не взволнованная его присутствием. Он вытер внезапно появившиеся капельки пота на лбу, оставив грязный след.
– Кейт, – тихо начал он.
Дэнни высунул голову из окошка со стороны водительского сиденья.
– Тебе нужна помощь со старой мельницей, Кейт? Мэтт вообще-то довольно хорошо в этом разбирается. Он не умеет водить машину и говорить, однако дока в реконструкции зданий.
Глаза Кейт засияли.
– Я бы очень этого хотела, Мэттью, но совершенно не желаю злоупотреблять нашей дружбой. Нужно заключить деловое соглашение.
Мэтт и не подозревал, что Кейт считает их друзьями. Она редко с ним разговаривала, не считая странных, коротких бесед, когда они случайно пересекались во время учебы Кейт в старшей школе. Ему нравилась идея быть ее другом. Если Кейт находилась рядом, каждая клеточка в его теле оживала, и так было даже когда она была еще подростком, а он поступил в колледж. Кейт всегда пробуждала в нем инстинкт защитника, но чаще всего он чувствовал, что должен ограждать ее от своего собственного к ней притяжения. Для такого человека, как Мэтт, это было неприятно. Тайные фантазии о ней были с ним во всех странах, куда его посылали. Она делила с ним дни и ночи в джунглях и пустынях, в самых худших ситуациях, и память о ней привела его обратно домой. Теперь, будучи взрослым мужчиной, побывавшим в войнах и обладавшим достаточным жизненным опытом, чтобы чувствовать уверенность, он обнаружил, что может свободно и спокойно общаться с любыми другими женщинами, только с Кейт он терял дар речи. Он согласен на дружбу с ней. По крайней мере, это было хоть какое-то начало.
– Скажи, когда ты хочешь, чтобы я посмотрел объект, Кейт, и я подстрою свое расписание. У того, что я сам себе начальник, есть свои преимущества.
– Тогда я воспользуюсь твоим великодушным предложением и попрошу съездить со мной туда завтра после обеда. Как думаешь, ты сможешь это так быстро организовать? Я бы не просила, но хочу как можно раньше приступить к реализации этого проекта.
– Отлично. Я заеду за тобой в дом на скале около четырех. Ты же остановилась там, вместе с сестрами?
Кейт кивнула и, обернувшись, увидела, как из-за пикапа выруливает машина шерифа. Мэтт наблюдал за ее лицом, просто потому, что не мог отвести от глаз. Улыбка Кейт была приветливой, даже дружеской, но он знал еще до того, как повернул голову, что вышедший из патрульной машины мужчина – Джонас Харрингтон. Ему вдруг пришло в голову, что он очень хорошо знает Кейт и все ее выражения лица. А это означало, что он слишком много времени провел, наблюдая за ней. Кейт улыбалась, но слегка натянуто. Это всегда случалось с ней рядом с Джонасом. Так происходило со всеми ее сестрами. Впервые он задумался, почему Кейт так реагировала на шерифа.
– Вижу ты спровоцировала очередную аварию, – сказал Джонас вместо приветствия. Он пожал руку Мэтта и хлопнул его по спине, подмигнув. – Сестры Дрейк имеют склонность производить разрушения всюду, где появляются.
Кейт лишь приподняла бровь.
– Ты повторяешь это с тех пор, как мы были детьми.
Джонас наклонился и по-дружески чмокнул ее в щеку. Нечто черное и смертельное, присутствие чего Мэтт не желал признавать, шевельнулось в нем подобно темной тени. Он откровенно собственнически опустил руку на талию Кейт.
Джонас проигнорировал язык тела Мэтта.
– Я буду тебя в этом обвинять, даже когда тебе будет восемьдесят, Кейт. А где все? – Он огляделся, словно ожидая, что сейчас из-за холма выбегут ее сестры.
– Ты выглядишь немного нервным, Джонас, – отметил Дэнни со своего безопасного места в кабине грузовика. – Что ты натворил на этот раз? Арестовал Ханну и бросил ее красивую попку в тюрьму по какому-нибудь сфабрикованному обвинению?
Он умолк, когда Кейт обратила всю силу своего гневного взора на него. С моря подул ветер, принося с собою запах океана.
– Я понятия не имела, что ты так интересуешься анатомией моей сестры, Дэнни.
– Да ладно тебе, Кейт, она же сногсшибательна; все мужчины интересуются анатомией Ханны, – ничуть не смутившись, заметил Дэнни.
– А если она не хочет, чтобы на нее смотрели, то какого черта позволяет всем фотографам отсюда и до самых окраин себя снимать? – возмутился Джонас. – И, к твоему сведению, мне бы не пришлось фабриковать обвинение, если бы я захотел арестовать Ханну, – добавил он, мрачно нахмурившись. – Мне бы следовало арестовать и посадить ее за неприличное поведение. На обложке глянцевого журнала с витрины магазина Инес – ее фото, где она... голая!
– Она не голая, Джонас, а в купальнике и саронге поверх него. – Кейт говорила как обычно спокойно, но Мэтт заметил, что ее рука крепче сжала поводья лошади, так что костяшки побелели. Он придвинулся ближе к Кейт, вклинившись между ней и шерифом.
– Могла бы одеть слитный и еще, пожалуй, халат или еще что-нибудь, чтобы доходило до щиколоток. И разве обязательно было принимать такую идиотскую позу, чтобы все пялились... – Джонас умолк, так как вновь резко подул ветер. На этот раз он завывал, и в водовороте поднятых им листьев и капель морской воды был слышен шепот. Вихрь сорвал с головы шерифа шляпу и отнес в сторону, затем ветер поменял направление и поспешил обратно к океану подобно тому, как волна отступает от берега. Этот внезапно возникший ветер подхватил шляпу и, перенеся через камни у обрыва, бросил ее в бурные воды внизу.
Джонас резко развернулся в сторону большого дома, стоявшего на утесе в отдалении.
– Черт побери, Ханна, это уже третья с тех пор, как ты вернулась домой! – крикнул он закружившемуся вихрю.
На мгновение повисла тишина. Мэтт кашлянул:
– Джонас, не думаю, что она может тебя услышать отсюда.
Джонас уставился на него.
– Она меня слышит. Правда, Кейт? Она точно знает все, что я говорю. Скажи ей, что это больше не смешно. Пусть прекращает свои фокусы с ветром.
– Джонас, ты ведь веришь во все то, что люди говорят про сестер Дрейк, не так ли? – спросил Дэнни, промурлыкав начальную заставку из «Сумеречной зоны».
Мэтт посмотрел на Кейт. Поводья в ее руке дрожали. Он накрыл ее своей, выравнивая кожаные ремешки, которые она сжимала.
– Я буду рад придти завтра и посмотреть мельницу, Кейт. Тебя подсадить?
– Спасибо, Мэттью. Буду очень тебе признательна.
Он не стал складывать вместе руки, чтобы помочь ей сесть в седло. Вместо этого он просто ее поднял. Мэтт был высоким и сильным, и ему несложно было посадить Кейт на лошадь. Она села в седло, словно родилась там. Элегантная. Утонченная. Совершенная как мечта и такая же недостижимая.
– Тогда еще увидимся. Передай от меня привет сестрам.
– Передам, Мэттью, а ты передай мои наилучшие пожелания своим родителям. Было приятно видеть тебя, Дэнни. – Ее холодный взгляд скользнул по шерифу. – Уверена, ты будешь проезжать мимо нашего дома, Джонас.
Тот пожал плечами.
– Я серьезно отношусь к своей работе, Кейт.
Мэтт смотрел, как она уезжает, и, дождавшись, когда Кейт скроется за поворотом дороги, повернулся к шерифу.
– Что это было, черт возьми?
– Ты знаешь, что все семь сестер Дрейк через раз сводят меня с ума, – ответил Джонас. – Я уже рассказывал тебе обо всех тех неприятностях, которые они отмачивают. Ты же сам всегда меня о них допрашиваешь. Ну и... – Он злобно ухмыльнулся и указал на грузовик: – Разве это уже не третий раз, когда ты попадаешь в аварию, и поблизости оказывается Кейт? Ты должен знать, о чем я говорю.
Джонас вырос с Мэттом Грэнитом, вместе с ним ходил в школу, пошел в армию, затем в рейнджеры, бок о бок с ним сражался. Он знал о его чувствах к Кейт. В этом не было тайны. Мэтт не слишком хорошо умел скрывать свои чувства от семьи и друзей, особенно когда без конца допрашивал Джонаса, оставившего службу на два года раньше него самого, о местонахождении Кейт и ее семейном положении. Мэтт вернулся три года назад и ждал, когда Кейт тоже приедет домой навсегда.
Дэнни хихикнул.
– Джонас, а ты был, когда он учился в колледже и заехал на папином грузовике в ручей, посадив его на камень? Разве Кейт в то время было не три года?
Мэтт сделал глубокий вдох. Он не мог убить брата на глазах у шерифа, даже если этот шериф – Джонас. В то время, когда он, взяв без разрешения, сломал отцовский грузовик, Кейт было около пятнадцати. Она была слишком юна, чтобы на нее обращал внимание парень из колледжа, и ему все еще было неуютно, что его братьям и Джонасу было известно, каким образом он сломал грузовик. Конечно, он знал сестер Дрейк, весь город их знал, но он никогда не был ими очарован, не испытывал влечения. До того самого дня, когда он увидел Кейт, стоявшую у ручья и собиравшую чернику. В ее волосах запуталось солнце, а она смотрела на Мэтта своими огромными зелеными глазами. Во второй раз он разбил машину четыре года назад. Мэтт был дома в увольнительной и так увлекся видом Кейт, шедшей по тротуару вместе с сестрами, что, не заметив, что припарковался перед кучей цемента, наехал на нее на материнской машине, когда тронулся с места. Сейчас, пропустив мимо ушей подколки брата, он обошел грузовик, чтобы оценить повреждения.
– Думаю, я смогу вытащить его без помощи троса.
– Смотрю, вы расстроили старого Марса, – заметил Джонас, указывая на помидорные разводы на заднем стекле.
– Ты же знаешь Мэтта, он просто не мог не пожелать старику счастливого Рождества. – Дэнни распахнул дверцу. – Ему нравится доводить старикашку накануне праздничного шествия. Он каждый год это делает. В тот раз, когда мама заставила меня изображать маленького барабанщика, Марс разломал мои палочки на десять кусочков, бросил их на землю и стал на них прыгать. Все мои братья получили кучу удовольствия от этого зрелища, а я – душевную травму на всю жизнь. Мне снится, что он топчет меня.
Джонас рассмеялся.
– Марс – странный старик, но он довольно безобиден. Еще он раздает большую часть своих овощей нуждающимся – отвозит некоторым одиноким матерям и пожилым парам, живущим в городе. И я знаю, что он подкармливает юного Руттермаера, того паренька с синдромом Дауна, который время от времени исполняет разные поручения для окружающих. Марс убедил Донну сдать парню комнату рядом со своим магазином подарков. Я знаю, что он помогает ему со счетами.
– Ага, где-то глубоко в душе он хороший человек, – согласился Мэтт. – Просто Рождество ненавидит.
Он кивком указал на другую сторону грузовика, и двое мужчин пошли к капоту машины и, отчистив его от налипшей грязи и глины, стали толкать, пока бампер не отделился от насыпи.
– Зря ты сказал Кейт, что она и ее сестры другие, – тихо сказал Мэтт, но они с Джонасом с детства были друзьями, и сейчас тот услышал в его тоне предупреждение.
– Мэтт, я не собираюсь притворяться, что они такие же, как все, даже ради тебя, – огрызнулся Джонас. – Дрейки особенные. У них есть способности, и они тратят их на окружающих, совершенно не задумываясь о себе или своей безопасности. Я буду присматривать за ними, хотят они того или нет. Несколько недель назад Сара Дрейк чуть не угробила себя. Ханна, Кейт и Эбби были вместе с ней и тоже чуть не погибли.
От этих слов Мэтт словно ощутил удар где-то в районе живота. Его сердце странно ухнуло в груди.
– Я слышал про Сару, но не знал остальные тоже там были. Что случилось?
– Если кратко, Уайлдера выследили. Кое-кому была нужна информация, которую только он мог им дать. Деймон помогал проектировать нашу систему национальной безопасности, и правительство хотело любой ценой его защитить. Учитывая, что Сара родом из Си-Хевен, естественно, федералы поручили его охрану ей. Однажды эти гады уже до него добрались, убили у Деймона на глазах его помощника и пытали его самого. Вот почему он ходит с тростью. Вооруженные до зубов, они вломились в дом Дрейков, когда Уайлдер был внутри, и ради того, что им было нужно, были готовы убить и его, и сестер. – Гнев в голосе Джонаса усилился.
– Никто не говорил, что Кейт в этот самый момент тоже была дома. Я знал, что Сара охраняла Деймона Уайлдера и что он эксперт по безопасности, попавший в беду, но... – Мэтт умолк и посмотрел на дом, стоявший на скале. Он был украшен светящимися рождественскими гирляндами. Рядом стояла высокая и пушистая дугласия, полностью наряженная и сиявшая огоньками, хотя солнце еще не село. Когда он посмотрел на дом его посетило какое-то чувство умиротворения, правильности происходящего. Сестры Дрейк были сокровищами этого города. Он перевел взгляд с дома на старую мельницу. Она находилась дальше по дороге и стояла над бухтой Си-Лайон. Странное облако нависло над узким морским заливом и медленно ползло в сторону суши. Воображение Мэтта разыгралось не на шутку: форма облака напомнила ему зевающий черный рот, который, широко раскрыв пасть, надвигался прямо на них.
– Всех их чуть не убили, – сказал Джонас. Его глаза стали бесстрастными и холодными. – Дрейки слишком много на себя берут, а все только этого и ждут, ничуть не думая, чего им это стоит.
– Я никогда не рассматривал происходящее с этой точки зрения. Раз уж ты упомянул об этом, я видел, как все они лишаются сил после очередной помощи кому-нибудь. – Мэтт не отводил взгляда от неба. Он заметил, как чайка лихорадочно унеслась с пути медленно ползущего облака, перед этим замерев в полете, испуганно махая крыльями. Клочья тумана стали подниматься с моря и поплыли по воздуху в сторону берега. – Возможно, нам всем стоит обращать больше внимания на то, что с ними происходит, – тихо пробормотал Мэтт скорее для себя, чем для других.


 Jingle Bells. – Здесь и далее примечания переводчика.
 Саронг – традиционная мужская и женская одежда ряда народов Юго-Восточной Азии и Океании. Представляет собой полосу цветной хлопчатобумажной ткани, которая обёртывается вокруг пояса (или середины груди – у женщин) и прикрывает нижнюю часть тела до щиколоток, наподобие длинной юбки.
 The Twilight Zone – американский [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Каждый эпизод является смесью [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], научной фантастики, драмы или [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], часто заканчивающейся жуткой или неожиданной развязкой. Популярный как у зрителей, так и среди критиков, этот сериал открыл многим американцам серьезную научную фантастику и абстрактные идеи как через телевидение, так и через большое разнообразие литературы Сумеречной зоны.
 Псевдотсуга Мензиса (лжетсуга Мензиса, псевдотсуга тиссолистная, дугласия тиссолистная, Дугласова пихта, Дугласова ель, Орегонская сосна) – вечнозелёное хвойное дерево, происходящее из западных областей Северной Америки; достигает высоты 100 м при толщине ствола до 4 м.










Кристин ФИХАН – СУМЕРКИ ПЕРЕД РОЖДЕСТВОМ


13PAGE 15


13PAGE 14815




Заголовок 115

Приложенные файлы

  • doc 10793278
    Размер файла: 108 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий