Чуден град Москов 2013 Басманный-Лефортово


Чуден град Москов -2013
Басманный – Лефортово
Ст. метро «Красные ворота»
Автор проекта: И. А. Фомин, Н. Н. Андриканис (соавтор). Открыта 15 мая 1935 года.
Проектное название "Красноворотская". Станция расположена под Лермонтовской площадью (площадью Красных Ворот).
Первые работы начались на площадке шахты № 21 весной 1932 года. Сооружение станции началось со строительства шахтного ствола на глубину более 40 метров сквозь плывуны, слои юрских глин и водоносные трещиноватые известняки.
Проходка плывунных грунтов проводилась способом опускного железобетонного колодца. Полый железобетонный цилиндр, снабженный по одному своему краю металлическим ножом, опускается в ствол и врезается под собственной тяжестью в грунт, который затем выбирается на поверхность. Выемка плывуна вызвала осадку поверхности, было несколько случаев прорыва плывуна внутри колодца. Чтобы ускорить опускание колодцев, их вес был увеличен за счет искусственной нагрузки из железобетонных балок и чугунных чушек. Каждый колодец нагрузили добавочной нагрузкой в 200 тонн. И все же опускание колодцев измерялось всего несколькими сантиметрами в сутки. Проходка последних 15 метров в известняках осуществлялась при помощи клиньев и кувалды.
В 1933 году была заложена в Лермонтовском саду еще одна шахта № 21-бис, проходка которой была осуществлена уже кессонным способом всего за четыре месяца (проходка шахты № 21 заняла больше года).
Станция "Красные Ворота" с самого начала задумывалась как станция трехсводчатого типа: большой центральный зал во всю длину, по бокам платформы расположены в отдельных залах, к которым непосредственно примыкают путевые тоннели.
Первоначально все четыре станции глубокого заложения ("Красные Ворота", "Кировская","Дзержинская" и "Охотый Ряд") были запроектированы трехсводчатыми. Станция "Охотный ряд" не вызывала сомнений в силу того, что залегала неглубоко и давление породы там было слабее. "Дзержинская", в связи с возникновением просадок на поверхности, была в процессе работы перепроектирована в двухсводчатую. Так же произошло и с "Кировской". В мировой практике не было примера, чтобы трехсводчатая станция строилась под таким чудовищным давлением.
Когда заканчивалась выемка ядра из двух крайних путевых тоннелей и начиналась проходка центрального, американский инженер Морган, курировавший строительство, заявил, что прочность пилонов, поддерживающих своды, недостаточна. Морган предлагал не раскрывать центральный свод на "Красных Воротах", по его мнению, не было никакой гарантии, что давление породы не раздавит его и не погубит всего сооружения. Однако по настоянию начальника строительства И. Д. Гоциридзе станция была все-таки построена трехсводчатой.
Впоследствии, именно такой тип глубоких станций получил наибольшее распространение не только на московском метрополитене, но и в метрополитенах других городов бывшего СССР и за рубежом.
Проект станции удостоен Гран-при на Международной всемирной выставке в Париже 1938.
Своды залов станции украшены интересной система кессонов, в облицовке использован темно-красный грузинский мрамор "шроша". В основу пространственной композиции наземного вестибюля архитектором Н. А. Ладовским положена форма цилиндрического свода, наклонно выходящего из-под земли и являющегося как бы продолжением эскалаторного тоннеля. Этот свод завершается громадным арочным порталом, ассоциирующимся со сводчатой формой тоннеля, облегчая, тем самым, нахождение входа в метро на площади.
Во время Великой отечественной Войны на станции был оборудован командный пункт руководства и оперативно-диспетчерского аппарата народного комиссариата путей сообщения.
В конце сороковых годов началось строительство высотного здания Министерство транспортного строительства на площади Красных Ворот. Проектом предполагалось размещение в этом здании второго вестибюля станции. Для строительства наклонного хода и промежуточного подземного вестибюля было необходимо применить замораживание грунта.
Технология замораживания к этому времени уже была отработана, но здесь одновременно велось сооружение огромного небоскреба. При оттаивании объем грунта изменится, соответственно, фундамент высотки и само здание сместится. По решению экспертизы высотную часть следовало сооружать только после окончания работ по подземному вестибюлю метро, что вело к потере целого года. Было предложено уникальное решение: рассчитать смещения грунта и начать возводить конструкции здания одновременно с выемкой котлована и бетонированием конструкций подземного вестибюля. Высотное здание строилось изначально наклоненным, с таким расчетом, чтобы после оттаивания грунта конструкция приняла проектное, строго вертикальное положение.
В 1952 году на станции установлены первые турникеты. Использованная конструкция не оправдала себя, и вскоре турникеты были демонтированы. Турникеты новой конструкции "с нормально свободным проходом" впервые появились так же на "Красных Воротах" в 1959 году. Результаты испытаний были положительными, и уже к 1962 году подобные турникеты были установлены на всех станциях.
В период с 1962 по 1986 станция называлась "Лермонтовская".
В 50-х годах на станции были установлены гермозатворы, что привело к ликвидации двух пар проходов между боковыми и средним залами. Совсем недавно на станции была проведена реконструкция платформы, покрытие из метлахской плитки заменено гранитным с сохранением рисунка. В настоящее время ведется модернизация освещения: в сохранившиеся плафоны устанавливаются более мощные люминесцентные лампы.
К сожалению, сейчас убранство станции находится в плачевном состоянии. Годы и тяжелые гидрогеологические условия не пощадили отделку станции. Гидроизоляция не выдержала испытание временем, замечательный темно-красный грузинский мрамор "шроша" оказался недостаточно стойким к агрессивной среде. Не помогла и попытка защиты облицовки водонепроницаемой пленкой - влага стала скапливаться под ней, а материал еще быстрее разрушаться. Дорогой и редкий мрамор нуждается в замене, но в нынешних условиях вряд ли можно рассчитывать на тщательную реставрацию станции в ближайшие годы.
История Красных ворот
Триумфальная арка, названная в народе «Красными воротами», была поставлена в 1709 году в честь победы над шведами под Полтавой аккурат у пролома в Земляном валу, защищавшем Москву от врагов. Первоначально деревянная, арка в 1737 году сгорела и была отстроена заново московским купечеством, но уже в качестве въездных ворот для коронации Елизаветы Петровны. Однако и эти ворота сгорели в 1748 году. В 1752 году архитектор Дмитрий Ухтомский получил указ императрицы Елизаветы построить «вновь такие же ворота и на том же месте». Что и было сделано. Ворота, теперь уже каменные, возвели в 1753- 1757 годах. Современники называли Красные ворота триумфальной аркой, равной которой нет во всем мире.
После 1812 года Земляной вал был срыт, а площадь перед Красными воротами застроена. В доме №1 на углу площади и Каланчевской улицы в 1814 году родился Михаил Лермонтов, крестили его в церкви Трех Святителей, стоявшей рядом. На другой стороне площади, на углу с Новой Басманной, в бывшем Запасном дворце в XIX веке разместился институт благородных девиц.
Красные ворота, как мешавшие транспорту, разобрали в 1928 году, тогда же снесли и церковь Трех Святителей. В 1934-м возле места, где она стояла, построен вестибюль станции метро «Красные ворота». В институте благородных девиц ныне размещается РЖД, а на месте дома, где родился Лермонтов, теперь стоит одна из семи сталинских высоток. Ее стену украшает мемориальная доска, посвященная Михаилу Юрьевичу, да и сама площадь носит название Лермонтовской.
Площадь Красные Ворота расположена на Садовом кольце, между Садовой-Спасской и Садовой-Черногрязской улицами, в Басманном и Красносельском районах Центрального округа Москвы.
В 1941 году площадь переименовали в Лермонтовскую в память 100-летия со дня гибели М.Ю. Лермонтова. В 1992 году части площади, расположенной на внутренней стороне Садового кольца, вернули старое название в несколько измененном варианте.
В XVII веке на месте нынешней площади Красных Ворот находились ворота, сделанные в валу Земляного города. Они назывались Мясницкими или Фроловскими по выходившей к ним улице.
Рядом с воротами располагалась церковь Трех Святителей, для которой в конце XVII столетия построили каменное здание.
Церковь Трех Святителей Великих у Красных ворот
Обиходные названия: Трехсвятительская церковь; Трехсвятская церковь; Трех Святителей Вселенских церковь.
Дата основания: не позже 1-й трети XVII в.
Адрес на 1917 г. Москва, ул. Черногрязская Садовая, 2; Трехсвятительский пер.; Красноворотская пл.
Адрес теперь: Москва, Хоромный туп., [сев.-зап. часть сквера и торговые павильоны рядом]
Упоминается впервые под 1635. Каменный храм типа восьмерик на четверике сооружен ок. 1700 (по другим данным - ок. 1680). Колокольня сер. XVIII в. Приделы Иоанна Богослова и сщмч. Харлампия. Сломан в 1928, но его главный иконостас сохранился в церкви Иоанна Воина, что на Якиманке.
Карта http://www.temples.ru/cardonmap.php?ID=2412&print=1Земляной вал
В 1592-1593 годах Борис Годунов выстроил вокруг Москвы земляной вал со рвом впереди и деревянной стеной на валу. Земляной вал имел в окружности более 15 километров. Высота его деревянных стен на валу достигала пяти метров. В 1611 году, во время польской интервенции, деревянные стены и башни сгорели, и остался лишь земляной вал. В 1618 году и главным образом 1633-1640 годах его значительно подсыпали, а в наиболее опасных местах перед валом насыпали еще и бастионы. В 1659 году на земляном валу соорудили «острог» - деревянную стену из вбитых рядом толстых бревен - и деревянные башни. Но главным укреплением остался земляной вал, поэтому и все кольцо укреплений со второй четверти XVII века стало называться Земляным валом, или Земляным городом. В XVIII веке Москва расширилась, и Земляной вал перестал играть роль укрепления и был во многих местах снесен, а ров засыпан, и на их месте выросли всевозможные сооружения. После пожара 1812 года вал было решено окончательно снести, а ров засыпать на всем протяжении, и на этом месте образовать улицу, идущую вкруг Москвы. После сноса вала освободилось большой ширины пространство, порядка 60 метров, которое было абсолютно не нужно для улицы, особенно при том состоянии транспорта. К тому же это было обременительно для города и домовладельцев, в связи с необходимостью такую большую площадь замостить, осветить, очистить. Поэтому было принято решение на улицу отвести порядка 25 метров посередине, где и устроить мостовую и тротуары, а остальную часть отдать местным домовладельцам для устройства палисадников напротив каждого двора, с обязательством засадить палисадник деревьями и оградить приличной оградой, что и было существенно в 1820-1830 годах. Однако, поскольку улица протянулась на 15 километров и пересекала разные районы, ограничиваться одним названием оказалось невозможным, и фактически улица была поделена на 20 отдельных улиц и площадей.До 1938 году участок, протяженностью более 2 километров, между площадью Земляного вала и Таганской площадью именовался: Садовая – Земляной вал, отразив в названии два периода истории улицы. В 1938 году улице было присвоено имя летчика Валерия Чкалова, жившего здесь в доме № 14-16. А в 1990 году улица стала называться Земляной Вал.
Больше чем за полвека облик улицы совершенно изменился: старая, дореволюционная застройка уступила место крупным, масштабным зданиям. Самым оживленным местом по праву считается площадь Курского вокзала, которая образовалась в 1896 году, после постройки вокзала на месте садов и мелких строений. Крутой наклон ее в сторону вокзала объясняется резким перепадом рельефа, понижающимся здесь в направлении протекающей в полукилометре к востоку Яузы. В 1972 году площадь была выровнена, напротив вокзала соорудили подпорную стенку высотой 5 метров, теперь наклон заметен только на полосах въезда и выезда транспорта.Следует отметить, что самая первая станция Курской железной дороги – небольшой павильон, в 1860-х годах, находился напротив Казенных переулков. Современное здание Курского вокзала, как и старое, расположено под углом к улице: это вызвано необходимостью расположить его параллельно проложенным более ста лет назад путям. Рядом с вокзалом расположен павильон станции метро «Курская», открытый в 1950 году.
В правой части площади находится архитектурный памятник – городская усадьба начала XIX века. В 1832 году в главном доме у чаеторговца Петра Боткина, родился сын Сергей, ставший выдающимся терапевтом. В 2002 году на площади Курского вокзала был открыт большой торговый центр «Атриум». Одной из достопримечательностей улицы является усадьба «Высокие горы» (Земляной вал, 53), архитектора Д.И. Жилярди – один из самых выдающихся памятников московского классицизма. Построена усадьба была в 1829-1831 годах и названа так из-за местности с крутыми откосами. В примыкающем к главному дому старинном парке сохранились многочисленные служебные постройки и павильоны, выполненные в едином стиле.
Несмотря на то, что усадьба «Высокие горы» выполнена в духе изысканных дворянских усадеб, она никогда дворянам не принадлежала. Ансамбль построен по заказу богатейших чаеторговцев Усачевых (они владели землями в районе современной Усачевки), затем был продан текстильному фабриканту Хлудову. После революции до 1953 года усадьба была туберкулезным санаторием, затем больницей того же профиля.Около усадьбы начинается эстакада Высокояузского моста. Нынешний мост не первый на этом месте, они тут были исстари. Первый, деревянный мост на высоких устоях, сокращавший крутой спуск, был построен в 1830, а в 1873 году его заменили железным. В 1940 году мост реконструировали и пролет подняли еще выше, а в 1963 году построили заново, что позволило пустить по нему троллейбус. Нынешний мост почти устранил уклон к реке, оставшийся при его предшественниках, хотя все они именовались Высокояузскими, или Высокими, выделяясь необычной для Москвы высоты.Необычны не только для этой улицы, но и для всей столицы конструкция и композиция нового здания Театра на Таганке(Земляной вал, 76) - с его остроконечными выступами, нависающими над тротуаром, причудливой конфигурацией глухих кирпичных объемов. Новое здание театра пристроено к старому. Здесь в 1911 году открылся кинематограф «Вулкан ». Старый ныне закрытый вход украшен барельефами: грифоны вокруг лир, дельфины, пьющие из чаши, капители в виде женских головок и бараньих рогов. С 1923 года по 1946 в этом помещении давал спектакли Театр имени Сафонова – филиал Малого театра, специально избравший своей сценой центр рабочего района. В 1946 году, после того как филиал Малого театра переехал на Большую Ордынку, здесь открылся Театр драмы и комедии, реорганизованный в 1964 году с приходом нового художественного руководителя Ю.П. Любимова. В 1992 г. театр распадается надвое. Часть труппы под руководством Н. Н. Губенко образовало новый театр «Содружество актёров Таганки» и заняло новое здание театра, оставшаяся часть труппы во главе с Ю. П. Любимовым осталась в старом здании театра на Таганке.
Запасный дворец
Конструктивистский комплекс Запасный (Запасной) дворец, прозванный в народе «Дом-паровоз» трудно представить себе во времена Наполеона. Однако уже тогда этот дом стоял. Правда, в несколько ином облике.
В XVII веке на этом месте располагался Государев Житный или Запасный двор, где хранились запасы зерна и продовольствия. В XVIII веке территория перешла в ведение Главной Дворцовой канцелярии, для которой в 1750-1760-е годы здесь был построен комплекс из четырех длинных двухэтажных корпусов, расположенных в форме квадрата. В центре северного корпуса появилась церковь во имя св. Севастьяна – по дню рождения правившей тогда императрицы Елизаветы. Через 10 лет церковь была переосвящена во имя св. Ианнуария – на день его памяти пришлось восшествие на престол Екатерины II. Некоторые исследователи отмечали, что для подвалов этого дворца лёд доставлялся из самого Санкт-Петербурга.
Запасный дворец – едва ли не единственное из казенных зданий Москвы, не пострадавшее в 1812 году. Возможно, именно хорошая сохранность послужила причиной того, что в Запасном дворце нашли пристанище раненые в Бородинском бою, причём с обеих воюющих сторон. А после оставления города французами дворцовый комплекс на время стал приютом для тех вернувшихся москвичей, кто потерял в пожаре свои дома и имущество.
В ХХ веке Запасный дворец несколько раз перестраивался и менял своих хозяев. Сначала в нём расположился Институт для благородных девиц имени императора Александра III в память императрицы Екатерины II. Для нужд заведения архитекторы Н.В. Никитин и А.Ф. Мейснер в 1900 годы надстроили третий этаж и переделали убранство фасадов. После революции и упразднения Дворянского института здание занял Народный комиссариат путей сообщения, радикально изменивший внешний вид всего комплекса в 1932 – 1933 годах. Архитектор И.А. Фомин придал Запасному дворцу конструктивистский облик: надстроил здание ещё двумя этажами, фасады сделал ровными и гладкими, изменил формы оконных проёмов, а на углу Новой Басманной и Садовой-Черногрязской улиц возвёл девятиэтажную башню с часами, в результате чего элементы старой архитектуры полностью исчезли. Комплекс получил в народе прозвища «Дом с трубой» и «Дом-паровоз» – последнее прозрачно намекало на занимавшее дом ведомство. Внутри здания частично сохранились старые интерьеры, своды на первом этаже, архитектура Мейснера сохранилась на восточном фасаде.
Михаил Юрьевич Лермонтов
На месте сталинской высотки стоял двухэтажный дом, принадлежавший генерал-майору Ф. Н. Толю, у которого нанимала квартиру семья Лермонтовых. В этом доме в ночь с 2 на 3 октября 1814 г. родился сын Михаил, которого крестили в ближней церкви Трех Святителей, стоявшей напротив (рядом с теперешней станцией метро "Красные ворота"). Лермонтовы недолго жили здесь - в апреле следующего года они уехали в Тарханы.) — 15(27).07.1841, Пятигорск), русский поэт. По материнской линии происходил из богатого дворянского рода Столыпиных. Мать Мария Михайловна Арсеньева (1795—1817). Бабушка поэта Елизавета Алексеевна (по мужу Арсеньева) — родная сестра Д.А. Столыпина, внук которого Председатель кабинета министров П.А. Столыпин приходился троюродным братом Михаилу Юрьевичу Лермонтову.
По отцовской линии род Лермонтовых ведет свое начало от Георга Лермонта (Шотландия). Находясь на службе у польского короля, в 1613 году, при осаде крепости Белой, Георг Лермонт был взят в плен и перешел на сторону русских, сражался в чине офицера в отряде Д. Пожарского и за хорошую службу царю получил грамоту в 1621 году на владение землей в Галическом уезде Костромской губернии. От него и пошли Лермонтовы, уже во втором поколении, принявшие Православие. Поэт Михаил Юрьевич Лермонтов является восьмым коленом от прибывшего в Россию шотландского воина.
Отец поэта — Юрий Петрович Лермонтов (1787—1831), капитан в отставке из небогатых помещиков Тульской губернии. По словам близко знавших его людей, это был замечательный красавец, с доброй и отзывчивой душой, но крайне легкомысленный и несдержанный. Поместье его - Кропотовка, Ефремовского уезда Тульской губернии - находилось по соседству с имением Васильевским, принадлежавшим Елизавете Алексеевне Арсеньевой, урожденной Столыпиной. Красота и столичный манеры Юрия Петровича пленили единственную дочь Арсеньевой, нервную и романтически-настроенную Марию Михайловну. Несмотря на протест своей гордой матери, она вскоре стала женой небогатого "армейского офицера".
Сталинская высотка у Красных Ворот
Строительство административно-жилого здания у Красных Ворот на Садово-Спасской, 21 продолжалось с 1948 по 1952 год.
Центральная часть здания имеет 24 этажа, а два перпендикулярных корпуса от 11 до 15 этажей.
Архитекторами высотки стали Алексей Душкин и Борис Мезенцев. 
Душкин уже был известен своими проектами московских станций метро: Новослободская, Автозаводская и Маяковская.
Высотное здание у Красных Ворот представляет собой комплекс сложных и оригинальных инженерных решений.
Дело в том, что под домом проходило строительство станция метро глубокого залегания. Архитектор Душкин решил один из выходов метро сделать прямо в цокольной части здания.
Таким образом, и подземные, и наземные работы должны были вестись одновременно.
Чтобы не расширять котлован для шахты метро, как это делается при обычном строительстве таких объектов (это могло перекрыть движение к площади 3-х вокзалов), было решено провести заморозку грунта.
Это уменьшало территорию  и решало вопрос одномоментного строительства и выхода из метро, и самого здания.
Для заморозки грунта пришлось вырыть 270 скважин 27-ми метровой глубины по которым гоняли компрессорами охлажденный солевой раствор.
Но после завершения строительства шахты и оттаивания грунта, высотное здание могло бы просесть. Тогда в  Москве появилось бы еще одно наклонное сооружение, как и колокольня храма в Кулишках.
Решение было найдено главным конструктором проекта В.М.Абрамовым. 
Здание начали возводить с уклоном в 16 сантиметров от вертикали в самой высокой точке небоскреба.Это отклонение от вертикали было так заметно, что люди писали жалобы на нерадивых строителей, строящих здание с таким существенным браком.Но все обошлось. Грунт оттаял и здание выровнялось.
Центральную часть здания занимало Министерство транспортного строительства СССР, а боковые корпуса были отданы под жилые комнаты.
В этом доме проживали актеры Борис Чирков и Наталья Гундарева.
Примечательно, что на месте между главным входом в здание и Садово-Спасской улицей до 1949 года стоял старинный особняк, принадлежащий когда-то генералу Н.Ф. Толю. Именно в этом доме родился великий поэт Михаил Лермонтов.
Садовая-Спасская улица
Улица является частью Садового кольца. Возникло оно, как и Бульварное кольцо, на месте срытых укреплений. Только бульвары были образованы на месте крепостных стен Белого города и проезды были образованы по краям бульваров, а Садовое кольцо образовалось на месте Земляного вала и засыпанного рва, как улица. Ширина улицы, вместе с тротуарами, была не более 25 м, остальное пространство, а оно было немалым, занимали сады. Это различие и решило судьбу садов, когда в 1930-х гг. началось расширение кольца. Теперь Бульварному кольцу соответствует кольцо реальных бульваров, а Садовое кольцо стало мифом.
Кстати, о том, что на месте Садового кольца некогда находился Земляной вал, вспомнили сравнительно недавно, когда в 1941 г. возвели оборонительные укрепления.
В XVII-XVIII вв. в этой части Садового кольца находились Спасская слобода и Спасские казармы (Садовая-Спасская, 1), а до 1937 г. церковь Спаса Преображения, которые определили вторую часть названия "Спасская".
Находится между Большой Спасской улицей, площадью Красные ворота и Лермонтовской площадью, часть Садового кольца, на северо-востоке центра Москвы (вторая часть названия — от бывшей Спасской слободы XVII—XVIII вв.). Является продолжением Сухаревской площади, переходит в Садовую-Черногрязскую улицу. С XVII в. на внешней стороне современной Садовой-Спасской улицы селились ремесленники и торговцы. В XVIII в. здесь строились дворы московской знати. Участок между Большой Спасской улицей и современным проспектом Академика Сахарова принадлежал графу И.С. Гендрикову; в д. 1 (1760-е гг.) с 1785 собиралась «Типографическая компания», которую возглавлял Н.И. Новиков, разместивший здесь свою типографию. В царствование императора Павла I дом был перестроен под Спасские казармы. В 1830—40-х гг. построены два двухэтажных корпуса (д. 20). В начале XX в. Садовая-Спасская улица застраивалась каменными домами. В 1904 был построен восьмиэтажный доходный дом Афремова (д. 19; архитектор О.О. Шишковский) — одно из самых высоких московских зданий начала XX в.; в 1932—33 в этом доме работала Группа по изучению реактивного движения (ГИРД), которую возглавлял Ф.А. Цандер (мемориальная доска). В 1915 для торговцев молочными продуктами (семья Олик) построен более высокий д. 17 (архитектор И.И. Флоринский). На средства чаеторговца Перлова в 1908 выстроен дом 2 (архитектор А.А. Остроградский). В 1912 по проекту архитектора А.Н. Зелигсона возведено здание гимназии Страхова; слева за домом сохранился двухэтажный флигель — часть усадьбы С.И. Мамонтова, в салоне которого в 1870—90-х гг. бывали А.С. Аренский, В.М. Васнецов, М.А. Врубель, К.А. Коровин, В.Д. Поленов, С.В. Рахманинов, И.Е. Репин, В.А. Серов. В д. 8 с конца 80-х до середины 90-х гг. жил Врубель. В д. 12 (1871), который занимала гостиница «Восточные номера», в начале 1880-х гг. жили художник И.И. Левитан и Н.П. Чехов (брат А.П. Чехова). В 1928—33 на углу Орликова переулка построено здание Наркомзема (д. 11/1; архитектор А.В. Щусев). На месте конюшен Спасских казарм в 1970 построены два четырёхэтажных здания (д. 3), соединённые двухэтажным корпусом «Дома военной книги». В 1980-х гг. Садовую-Спасскую улицу пересёк проспект Академика Сахарова, проложенный от Тургеневской площади к Комсомольской площади; в 1981—82 здесь построен подземный переход — один из самых протяжённых в Москве (236 м). На внутренней стороне Садового кольца улицу завершает участок № 28, на котором в начале XX в. размещалось владение заводчиков-мукомолов Эрлангеров, а после 1917 — трест Мельстрой; на внешней — высотное здание у Красных ворот.
На планах 1739 и 1763 гг. только в западной части поля, ближайшей к Земляному валу, обозначены строения, которые на экспликации к планам называются "Шеиным двором" с церковью Спаса (она стояла примерно там, где теперь соединяются Большая Спасская и Каланчевская улицы). Фамилия бояр Шеиных была известна в России: один из них - Михаил Борисович Шеин - получил трагическую известность: его обвинили в измене после капитуляции русских войск полякам в 1634 г. и казнили, хотя и вины его в том не было; другой же Шеин - боярин Алексей Семенович - разбил стрелецкое войско в 1698 г. под Новым Иерусалимом. Он имел редкий тогда титул генералиссимуса и был формальным командующим русским войском под Азовом (фактическим был сам Петр).
Возможно, что "Шеин двор" перешел в казенную собственность и стал царским дворцом. Около него образовалась слобода, где жили обслуживавшие дворец конюхи, повара, дворники и прочий полезный для царского обихода люд.
Название слобода получила от Спасской церкви, стоявшей на нынешней Большой Спасской улице, там, где ныне типовое школьное здание (N 15). От церкви не осталось ничего, только каменные ворота и основание ограды, Саму же ограду еще можно увидеть - она спасена от уничтожения и перенесена на Новую Басманную улицу к Петропавловской церкви.
Церковь сломали в 1937 г. Ее здание было построено в 1689 - 1701 гг. на месте более старого, деревянного. В середине XVIII в. оно перестраивалось и было существенно увеличено, а в 1885 г. архитектор П. П. Зыков выстроил новую краснокирпичную высокую колокольню и выдвинул алтари приделов на одну линию с главным.
С левой стороны от бывших церковных ворот стоит дом причта, а еще левее - небольшое здание со скромной обработкой оконных проемов красивым орнаментом, столь модным в конце XIX в. Это строение принадлежало Балашевскому приюту имени Дорошевич для престарелых женщин. Несколько далее доходный дом (N 5), выстроенный в 1904 г. домовладелицей крестьянкой Екатериной Чичулиной по проекту архитектора Н. И. Жерихова.
Справа же от церковного участка находится памятник архитектуры, жилой дом (N 19) - двухэтажный, с пилястрами, лепными украшениями и замковыми камнями над окнами первого этажа. Он находится на территории усадьбы, которая была приобретена в 1774 г. богатыми купцами Дроздовыми у князя А. Н. Путятина. Возможно, что они и выстроили этот дом. Год его постройки точно не известен - сохранились только планы 1773 г., когда он еще не был показан, и 1800 г., где этот дом уже зафиксирован.
В некоторых справочниках этот дом приписывается известному в XVIII в. поэту Василию Майкову. Однако это не так - семье Майковых он стал принадлежать только во второй половине XIX в. Его владельцами тогда становятся Ольга Ефимовна Майкова, правнучка одной из Дроздовых; потом он переходит к ее детям Ольге и Аполлону Майковым. Последний был не только двоюродным братом и тезкой знаменитого поэта А. Н. Майкова, но и выдающимся славистом, членом Академии наук, автором многих сочинений, имеющим большое значения для исследования истории и языкознания славянских народов, а также действительным статским советником и камергером, управлявшим московскими императорскими театрами при А. Н. Островском, который принял обязанности заведующего репертуаром только при условии назначения Майкова.
Спасские казармы
(с 1920 Перекопские казармы) (Садовая-Спасская улица, 1; отсюда название). Основным зданием казарм стал выстроенный до 1760 и впоследствии перестроенный дом графа И.С. Гендрикова, в котором некоторое время жил Н.И. Новиков. В 1798 построены 4 каменных казарменных здания. В 1812 многие помещения Спасских казарм сгорели. В 1828—29 в подземном каземате был заключён поэт А.И. Полежаев. В 1842 4 сгоревших корпуса были восстановлены. С 1904 в Спасских казармах располагался 2-й гренадерский Ростовский полк, в начале первой мировой войны — 192-й пехотный запасный полк. В 1920 переименованы в честь победы под Перекопом. В 1926—41 в казармах дислоцировались части Пролетарской дивизии (мемориальная доска).
14 апреля 1904 года на огромной площади у Курского вокзала моряков встречали жители Москвы. На платформе играли оркестры Ростовского и Астраханского полков. В. Ф. Рудневу и Г. П. Беляеву поднесли лавровые венки с надписями на бело-сине-красных лентах: "Ура храброму и славному герою - командиру "Варяга"" и "Ура храброму и славному герою - командиру "Корейца"". Всем офицерам подарили лавровые венки без надписей, а нижним чинам - букеты цветов. От вокзала моряки направились в Спасские казармы. Городской голова вручил офицерам золотые жетоны, а судовому священнику "Варяга" отцу Михаилу Рудневу - золотой шейный образок"
Церковь Спаса Преображения (Спасская ул.)
Была разрушена в 1937 году. На месте церкви – здание Коммерческо-банковского колледжа. Колокольня церкви была несколько раз перестроена. Кованая ограда перенесена после разрушения церкви к Храму Апостолов Петра и Павла на Новой Басманной улице.
Садовая-Черногрязская улица
Между Лермонтовской площадью и площадью Красные ворота, с одной стороны, и площадью Цезаря Куникова и площадью Земляной вал — с другой, часть Садового кольца, на северо-востоке центра Москвы (вторая часть названия — по пересекавшей её р. Черногрязке; в XIX в. заключена в трубу). Возникла в 1820-х гг. В XVI—XVII вв. в районе современной улицы находились Огородная слобода и Басманная слобода. В 1750 был сооружён Запасный дворец для хранения запасов продовольствия и фуража для двора; нижние этажи дворца сохранены в д. 1, перестроенном в 1906 (архитекторы Н.В. Никитин и А.Ф. Мейснер) и 1930—34 (архитектор И.А. Фомин); в 1930-х гг. здесь разместился Наркомат путей сообщения. В стиле ампир в 1822 построен д. 22. На углу с Большим Харитоньевским переулком — дом, сооружённый в начале XIX в., первоначально принадлежавший обер-полицмейстеру Бегичеву. Квартал между Большим Харитоньевским и Фурманным переулками в XIX в. занимали пожарная часть — Фурманный двор и Яузская полицейская часть, при которой в начале XIX в. была организована больница. В левой части квартала в 1900 открыта глазная больница (с 1935 Институт глазных болезней имени Г. Гельмгольца). На месте современного д. 8 находилось владение Алексеевых (в 1863 — 1903 здесь жил К.С. Станиславский). Частью владения Алексеевых является двухэтажный флигель (1880, архитектор А.А. Никифоров), в котором в 1890-х гг. шли спектакли «Алексеевского кружка»; с 1982 здесь размещается ресторан «Дубровник». В 1886 по проекту Н.М. Вишневецкого построен Дом Дервиза (д. 6); на улицу выходят два флигеля (1911, архитектор Н.Н. Чернецов). Современный облик улицы в значительной степени определяет застройка 1930—50-х гг. В ней выделяется квартал, примыкающий к Старой Басманной улицей (д. 11—13, архитектор В.Д. Кокорин), застроенный в конце 1930-х гг.
2. Памятник М. Ю. Лермонтову
г. Москва, пл. Красные ворота, метро: «Красные ворота».
В 1941 году Совет Народных Комиссаров вынес постановление о сооружении памятника М. Ю. Лермонтову на его родине — в Москве. Предстояло осуществить идею, впервые появившуюся в кругах демократически настроенной московской интеллигенции еще в 1880-х годах. Однако помешала война. Поиски наилучшего образного решения возобновились в 1950-х годах, и лишь в 1965-м году на площади, носящей имя Лермонтова, состоялось торжественное открытие памятника работы скульптора И. Д. Бродского и архитекторов Н. Н. Миловидова, Г. Е. Саевича, А. М. Моргулиса.
Этот памятник безошибочно можно назвать самым романтическим по настроению из московских монументов. Скульптор удивительно точно сумел выразить в пластическом образе суть личности и характер творчества одного из величайших русских поэтов. Очень лаконичная по форме и динамике, вылепленная большими гладкими плоскостями, сходящимися и расходящимися под острым углом, жесткая по контурам, скульптура словно насыщена внутренней энергией. Стройная фигура напряжена. Беспокойно ведут себя линии и плоскости. Ветер развевает воротник и полы шинели, поза переменчива, неустойчива.
Очень выразителен портрет — задумчивое юношеское лицо с устремленным в себя, пронизанным глубоким драматизмом печальным взглядом. Приходит на ум незабываемый лермонтовский автопортрет 1837 года, о котором И. Л. Андроников написал: «...автопортрет изображает человека с неправильными чертами, но человека гениального: достаточно поглядеть на его огромные, печально взволнованные глаза».
Установка этого памятника на площади, при входе в небольшой сквер, представляет собой удачный пример создания микроансамбля на месте пересечения нескольких транспортных магистралей. Созданный в масштабах, соразмерных человеку, он образует как бы участок особой, художественной, интеллектуальной среды в шумной и суетной городской обстановке.
Важным элементом замысла становится стремление обогатить пластическую идею за счет художественного обыгрывания среды. В композицию включаются скамья, решетка, заполненная рельефами, в которых пластически материализуются образы самых романтических произведений Лермонтова — «Мцыри», «Демон», «Парус». Эффект рельефа построен на игре контрастов: бронзы и камня, гладкой поверхности цилиндрического постамента и сквозной решетки, монолитных и ажурных форм.
Известный прием использования решетки — характерного элемента декорации московских бульваров и скверов — дал возможность более органично включить мемориальный объект в уже сложившуюся зеленую зону сквера — «пятачка».
Надо заметить, что памятник Лермонтову, несмотря на то, что скульптор работал в характерной стилистике 1960-х годов (то есть, оперируя образными и художественно-пластическими приемами «сурового стиля»), удивительно родствен по духу своему герою и его эпохе, что для монументального искусства явление относительно редкое.
Храм апостолов Петра и Павла
в Новой Басманной слободе
ул. Новая Басманная, д.11
Деревянная церковь свв. апп. Петра и Павла в Басманной Капитанской слободе была заложена в 1692 г. по прошению стольника и подполковника И.Ф.Башева. В 1695 г. деревянная церковь значилась новопостроенной и обложенной налогом со дворов Басманной слободы. К 1702 г. в приходе церкви числилось 114 дворов. 
В 1705 г. были начаты работы по возведению каменного храма. Деревянная церковь во время работ еще функционировала, о дальнейшей же ее судьбе ничего не известно. Необходимо отметить, что правящий в то время император Пётр I активно способствовал основанию храмов в честь своего небесного покровителя в Азове, Брянске, Петрозаводске, Полтаве; строительство Петербурга тоже началось с закладки деревянной церкви свв.апп. Петра и Павла.
Каменная церковь свв. апп. Петра и Павла в Москве строилась по рисунку Петра I («по присланному чертежу из Ево Государева села Преображенского») на пожалованные им же 2 тыс. рублей. Примечательно, что всего Петром I было сделано восемь рисунков будущих храмов. Семь из них были выстроены в Санкт-Петербурге, и только один — в Москве (все восемь рисунков хранятся в хранилище Исаакиевского Собора Санкт-Петербурга). Отметим также, что в конце XVII — начале XVIII вв. в русской архитектуре наметились новые тенденции: особенно тесные культурные и торговые отношения сложились у России с Голландией – туда Пётр I совершил своё первое заграничное путешествие. Пётр привёз из Голландии множество идей, в том числе архитектурных. Как и Сухарева башня, прототипом которой послужила Амстердамская ратуша, храм св. апп. Петра и Павла стал воплощением одной из них.
С самого начала работа по возведению храма св. апп. Петра и Павла в Басманной слободе была поручена бригаде, состоявшей из 19 человек крепостных крестьян из Ярославской губернии. Это были «записные каменщики», то есть профессиональные строители, поставленные на государственный учёт. Помещики регулярно отпускали «каменщиков» на «государево строение». Имена некоторых из этих 19-ти: Андрея Кондратьева, Алексея Васильева, Ивана Яковлева, Конона Нефедьева, Филиппа Васильева известны из переписки с Ингерманландской канцелярией, находившейся в Петербурге. В переписке упоминаются царские указы (самый ранний датирован 26 мая 1705 г.), согласно которым «велено в Капитанской и в Новобасманной слободе, что за Мясницкими вороты, у церковного каменного строения, которую церковь строят по присланному чертежу из Государева села Преображенского, верховных Апостол Петра и Павла, быть каменщиком Ярославского уезда разных помещиков ...до совершения церкви, а к иным делам от того строения тех каменщиков имать не велено...».
В 1708 г. был выдан антиминс на освящение престола в нижнем храме. Он был устроен в честь Николая   Чудотворца (в именной подушной книге 1722 г. упоминается «церковь Петра и Павла, что в Капитанской и в Новобасманной слободе, под нею церковь нижняя Николая Чюдотворца, каменная»).     В 1714 г. строительство храма продолжалось. Имеется договор подряда, заключенный в мае 1714 г. священником и старостой церкви с ярославскими и костромскими крестьянами-каменщиками, которые «подрядились у той церкви построить к прежнему каменному строению в прибавок». По всей вероятности, большая часть работ в течение летнего строительного сезона была выполнена. Но дальнейшие обстоятельства не позволили завершить возведение храма.     9 октября 1714 г. Петр I издал указ о запрещении каменного строительства в Москве в связи с переносом столицы в Петербург и необходимостью его быстрой застройки. Церковь свв. апп. Петра и Павла значилась в списке московских зданий, строительство которых было приостановлено. 
Через три года, в 1717 г., староста и прихожане церкви донесли в Правительствующий Сенат, что здание церкви почти достроено (не было только завершающего храм шпиля и сводов над папертями). Но поскольку каменное строительство в Москве было запрещено, они просили Сенат разрешить закончить строительство: «В прошлом 1714 году по имянному царского Величества указу и по поданной собственной Его Величества руки рисунку, велено нам ... построить церковь за Месницкими вороты, за Земляным городом, что в Копитанской и Новобасманной слободе, которая и прежде в том месте была ж во имя Святых Апостол Петра и Павла, и оная церковь по оному от Его Величества рисунку, как исподняя, так и верхняя, построены, а при том несовершенно: наверху шпицер и на сторонах над папертьми не сведены своды, отчего тоя церкве конечная гибель, а по Его ж Царского Величества указу в Москве каменное строение строить запрещено, и для того и ту церковь достроить без присланного Указа от Вашего Сиятельства не дают». В ответ на просьбу в Москву был послан сенатский указ о разрешении завершить строительство: «...каменную церковь во имя Святых Апостол Петра и Павла, буде она сверх буту каменным строением зачата строить, — достроить...».     В 1719 г. здание церкви было достроено. Храм получился двухъярусным, с открытой арочной галереей в нижнем ярусе и гульбищем на верхнем. Вокруг церкви располагался погост, обнесенный оградой.
В июле 1720 г. для верхней церкви был заказан иконостас, о чем сохранилась подрядная запись. Для «резного иконостасного дела» были наняты «царевны и великой княжны Екатерины Алексеевны (сестры Петра I, к тому времени покойной) рещик Трофим Романов сын Жерин и оброчный крестьянин Колязина монастыря рещик Андрей Гаврилов сын Ушаков». Они обязались «построить в той церкве столярное и резное иконостасное дело по означенному своему рисунку, а имянно: царские двери и сень резные травные, да вместо столбов фрувты резные...». Также выполнить резные кронштейны и карнизы в «праздничном поясу, а в апостольском поясу и в пророческом также вместо столбов резьба..., а сверх тех поясов — распятие и с пристоящими, резные в трех лицах в таком же столярстве», и, кроме того, устроить резные клиросы и амвон.
В мае 1737 г. церковь пострадала в результате одного из опустошительных пожаров Москвы, которые были страшным и постоянным бедствием для жителей города с деревянной застройкой. На этот раз сгорело более 11 монастырей, 102 церкви, более 2,5 тысяч обывательских дворов, свыше 486 лавок. Церковь свв. апп. Петра и Павла пострадала меньше других святынь: на колокольне сгорели перила, рундук и лестницы, выгорела деревянная ограда вокруг церкви. После восстановительных работ к середине XVIII в.  в Новобасманной слободе сложился архитектурный комплекс, состоящий из храма и колокольни, увенчанных шпилями и соединенных открытой белокаменной лестницей, ведущей в верхний храм и на второй ярус колокольни.
В 1770 г. священник Алексей Иоаннов с приходскими людьми и вкладчиками обратились с прошением в Правительствующий Синод об устройстве придела. Они жаловались, что в зимнее время в верхней церкви свв. апп. Петра и Павла «ранние службы с немалым трудом исправляются, а за морозами и вьюгой редко и бывают». «Для исправления в зимнее время ранних служб» они просили устроить придел в паперти при нижней церкви свт. Николая. Благочинный Сретенского сорока, Троицкой церкви иерей Иоанн Игнатьев и церкви Спасской, что в Пушкарях, иерей Стефан Васильев освидетельствовали место для нового придела «не будет ли в той паперти утеснения и темноты» и нашли его удобным. После чего архиепископ Амвросий дал разрешение построить в нижнем храме новый придел во имя Рождества Пресвятые Богородицы. Он был устроен южнее церкви Святителя и Чудотворца Николая, у западных дверей. При этом предполагалось для лучшего освещения «сделать вновь окно и против оного светлую дверь». В 1772 г. новый придел Рождества Пресвятые Богородицы был освящён архимандритом Сретенского монастыря Никоном. 
Территория, на которой стояла церковь св. апп. Петра и Павла, сохраняла древнюю слободскую структуру и была занята сильно вытянутыми строительными кварталами, разделенными переулками, параллельными Новой Басманной улице. Квартал, в котором была расположена церковь, делился продольным переулком на две части. К 1770-м гг. продольный переулок вошел в состав обывательских дворов и оставался на церковной земле как проезд по погосту. Территория церкви с погостом и причтовыми дворами уже тогда находилась в границах современных номеров 11 по Новой Басманной улице и 6 по Рязанскому переулку. Пять дворов причта церкви (священника, диакона, дьячка, пономаря и просвирницы) представляли собой участки, вытянутые от церковного погоста к переулку. Деревянные жилые дома были ориентированы главными торцовыми фасадами в сторону церкви. В глубине дворов располагались деревянные хозяйственные постройки и сады.
Согласно «клировой ведомости» за 1775 г. - отчетной ведомости, ежегодно посылаемой священником в Духовную Консисторию -  всего в Петропавловском приходе Сретенского сорока проживало 391 человек мужского пола и такое же количество женского. Среди прихожан, подписавших ведомость, числились именитые граждане: «вдовствующая графиня Екатерина Ивановна Шувалова, генерал-аншеф Василий Иванович Чулков, вдовствующая генеральша Марфа Васильевна Балк, бригадир   князь   Владимир   Борисович   Голицын, полковник Алексей Андреевич Думашев». Некоторые из них: А. И. Ширяева, М. В. Балк, С А. Демидова, Е. С. Гендрикова, Е. И. Шувалова, — имели свои домовые церкви, состоящие в приходе церкви свв. апп. Петра и Павла.      В 1812 г. во время наполеоновского нашествия из 300 московских церквей пострадало от пожара более половины. Церковь свв. апп. Петра и Павла на Новой Басманной была разграблена и числилась среди обгоревших. У Красных ворот французы устроили из церковных образов мишень для стрельбы. Неприятелем были сожжены расположенные на церковной земле деревянные дома священника и диакона. В 1813 г. в числе других 15 московских храмов Петропавловская церковь получила 1500 рублей из средств, пожертвованных костромским дворянством «на поправку церквей неприятелем разоренных». Деньги были использованы «для починки крыши на трапезе и колокольне, а также лестницы, ведущей в верхнюю церковь».      После пожара 1812 г. по «прожектированному» плану города Москвы местность подлежала градостроительному регулированию. Современный Басманный переулок предполагалось «спрямить», урезав церковную территорию. Урегулирование переулков ограничилось частичным выравниванием красных линий. С этого времени и по 1917 г. границы церковного владения оставались неизменными.     В 1825 г. назрела необходимость в ремонте «пришедшей в ветхость от времени и мокроты» открытой белокаменной лестницы (начало XVIII в.), ведущей в верхний ярус церкви. Был выстроен крытый переход между церковью и колокольней, вместо каменной лестницы была устроена чугунная.
В 1842 г. в нижней церкви свт. Николая по проекту архитектора Степана Петровича Мельникова вместо пришедшего в ветхость старого иконостаса, выполненного в стиле барокко начала XVIII в., был построен новый иконостас. Одновременно была возобновлена стенная живопись в нижней церкви: «полинялые» от времени лики покрыли новыми красками.
Здание церкви очень страдало от сырости. Пришлось вновь начать строительные работы. Именно они (1856—1868 гг.) стали значительным этапом в формировании существующего ныне облика храма. По инициативе старосты церкви, потомственного почетного гражданина Сергея Дмитриевича Ширяева и на пожертвования прихожанина храма - московского купца 3-й гильдии Андрея Афанасьевича Залогина начались работы по перестройке здания. Она продолжалась 12 лет и производилась под присмотром архитектора Николая Ильича Козловского. Прежде всего, нужно было расширить храм: старые стены галерей были полностью разобраны и сложены на новых местах. При этом галереи, по габаритам превосходящие прежние, были продолжены, окружив алтарь, и включали в себя устроенную прежде крытую лестницу. Новые фасады  выстроили с сохранением первоначальной стилистики петровского времени. Во вновь построенных помещениях были устроены два придела: на южной стороне — в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали», на северной — в честь иконы Божией Матери «Владимирская». Были отремонтированы печи, оконные рамы, сделан ремонт колокольни, а в 1868 г. — и «наружной стороны» церкви.
В архиве сохранилось дело о награждении купца Залогина золотой медалью на Владимирской ленте. Кроме 11000 рублей серебром на обновление трёх иконостасов он пожертвовал ещё 11000 рублей серебром на другие нужды храма: переборку галерейных стен, устройство нового пола, новых печей и «росписание» стен, что составляло половину всей суммы, израсходованной на ремонт храма. В результате реконструкции храм приобрел тот облик, который можно увидеть на фотографиях второй половины XIX — первой половины XX вв. Он превратился в один из самых благолепно устроенных храмов Москвы, а его настоятель Пётр Матвеевич Терновский встал во главе Петропавловского благочиния Сретенского сорока. На объединенных участках диакона и дьячка были выстроены здания кирпичной церковной богадельни и деревянных сараев и погребов.      В 1897 году в нижнем этаже колокольни было устроено помещение «для поставления покойников, приносимых родными их, Петропавловского прихода прихожанами на время после смерти до отпевания и погребения». При этом окно, выходящее на Новую Басманную,  предполагалось перестроить в дверь «без всяких изменений в размере и форме». 
Новая власть, установленная в России в результате революции 1917 г., лишила религиозные организации юридических и гражданских прав. Законодательные акты Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК) и Совета Народных Комиссаров (Совнаркома) были направлены на уничтожение Русской Православной Церкви. В соответствии с постановлениями советской власти храмовые здания стали считаться собственностью государства и могли быть переданы в пользование религиозной общине — группе верующих, зарегистрированной в органах местной власти. Однако подлежали конфискации в пользу государства объекты церковной недвижимости: жилые дома, торговые помещения, здания богаделен, школ, приютов и больниц, содержавшихся в основном за счет приходов и их благотворительных учреждений.     23 января 1919 г. был заключён договор (второй по счету) православной общины при храме свв. апп. Петра и Павла с Моссоветом, согласно которому община верующих принимала в бессрочное бесплатное пользование 2-этажное здание самой церкви с богослужебными предметами по особой описи. Одновременно храму передавались иконы и церковная утварь из упраздненных домовых церквей: из дома князя Голицына, из гимназии Мансбах и несколько икон из Рязанского парка электрического трамвая. Позднее храму было также передано по описи имущество упраздненной церкви св. Ианнуария в бывшем Запасном дворце (иконы, евангелия, кресты).     После революции в крипте храме Петра и Павла на Новой Басманной некоторое время продолжала свою работу Московская Духовная Академия, которая так и называлась: «Подколокольная академия». Некоторые московские священники носили значок кандидата богословия, полученный именно там. Таких кандидатов богословия «подколокольной» Духовной Академии в Москве было несколько человек. Ректором ее был епископ Варфоломей (Ремов).
В 1921 г. Петропавловский храм был ограблен. Похищены лампады, напрестольные кресты, дарохранительницы. Это событие явилось поводом для придирок к верующим. В конце 1923 г. Административный отдел Моссовета расторгнул с церковно-приходским советом договор под тем предлогом, что община недостаточно хорошо заботилась о сохранности переданного храму имущества. Истинной же причиной расторжения договора стала поддержка верующими патриарха Тихона и их отказ признать обновленческую церковь. В январе 1924 г. храм свв. апп. Петра и Павла передали обновленцам. В конце января 1924 г. так называемая «тихоновская» группа обратилась в Наркомат Юстиции с жалобой. В письме говорилось, что «мы все добываем себе хлеб упорным трудом, большинство из нашей группы — простые рабочие физического труда. Группа отказывается признать обновленческое движение, а желает молиться по-старому». Моссовет принял решение передать нижний храм обновленцам, а верхний — «староцерковникам». Только летом 1924 г. служба в верхнем храме свв. апп. Петра и Павла возобновилась. Впоследствии власти предприняли две попытки закрыть церковь. В ноябре 1929 г. — в числе 15 церквей — для использования здания под склады хлеба. Но тогда Президиум ВЦИК постановил: «воздержаться от закрытия...». И в 1932 г. — для передачи храмового помещения Музею охраны труда. Но и тогда церковь не закрыли.
Храм закрыли в 1935 г. постановлением Президиума Моссовета от 11 марта. Здание церкви передавалось Управлению Московской областной милиции для склада военно-хозяйственного имущества. На храмовой территории был выстроен деревянный барак завода «Геодезия», а в 1940 г. — детский сад. В 1949 г. церковная богадельня была надстроена двумя этажами. В здании  разместились квартиры служащих Железнодорожного райисполкома и службы сооружений Метрополитена. В 1959 году по решению Моссовета здание храма передано ВНИИ «Геофизика». Пространство верхнего, Петропавловского и нижнего, Никольского храмов было разделено на маленькие кабинеты, где размещались рабочие места сотрудников ВНИИ.      В 1992 г. распоряжением  Правительства Москвы (№1189-РП от 15.05.1992) храм св. апп. Петра и Павла возвращен верующим. Малое освящение состоялось на праздник Богоявления, 19 декабря 1994 г. Первый престольный праздник отмечен в том же году.
В 2000 г. к храму свв. апп. Петра и Павла в Новой Басманной слободе был приписан построенный небольшой  деревянный  храм-часовня во имя св. ап. и евангелиста Луки в селе Купавне, находящийся рядом с военно-морским госпиталем. Освящение храма малым иерейским чином состоялось на праздник Покрова Пресвятой Богородицы 14 октября 2000 г.      В настоящее время в храме продолжаются реставрационно-восстановительные работы. Икона святых первоверховных апостолов Петра и Павла.
     Одной из достопримечательностей старой Москвы был храм святых первоверховных апостолов Петра и Павла в Новой Басманной слободе, построенный по личному эскизу императора Петра I. В храме находился царский вклад - образ святых первоверховных апостолов Петра и Павла, горячо любимый, чтимый прихожанами и богомольцами всей Москвы. В годы лихолетия икона была утеряна, казалось навсегда.   В 2008г. в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре эта икона была чудесно обнаружена, после того, как ее сдали в реставрационную мастерскую частные коллекционеры. Образ святых апостолов Петра и Павла, размером: 1,4 м x 0,9 м, представляет собой уникальную религиозную, культурную и музейную ценность. Его написание эксперты относят к началу 18-го века. Риза иконы, весом 8 кг чистого серебра и позолоты - образец высочайшего ювелирного искусства древнерусских мастеров.     Икона святых первоверховных апостолов Петра и Павла - это единственная святыня, которая осталась от прежнего дореволюционного убранства храма, частица, которая является связующим звеном между интерьером храма до его закрытия и убранством храма в настоящее время, святыня, которая зримым образом помогает восстановить связь времен.
   В момент обнаружения икона и риза находились в плачевном состоянии. Реставрационные работы по их восстановлению длились почти 2 года.
     В день престольного праздника святых первоверховных апостолов Петра и Павла 12 июля 2010г. икона была возвращена в храм. Торжественное Богослужение и крестный ход с вновь обретенной святыней возглавил Первый викарий Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла Архиепископ Истринский Арсений. 
Престолы: Апп. Петра и Павла, Свт. Николая Чудотворца, Иконы Божией Матери «Утоли моя печали»,  Владимирской иконы Божией Матери.
Церковь Петра и Павла на Новой Басманной
Построена в 1705—28 (или 1708—23), сменив деревянный храм, сооружённый на этом месте (в Капитанской слободе, заселённой офицерами полков новой регулярной армии) в 1695. Строительство церкви началось, по-видимому, архитектором И.П. Зарудным по указу Петра I и «по данному собственной его величества руки рисунку», но было приостановлено на несколько лет из-за указа 1714 о запрещении каменного строительства в Москве; завершено под руководством архитектора И.Ф. Мичурина. В 1745—46 по проекту архитектора К.И. Бланка с запада по оси с храмом была возведена колокольня. Церковь принадлежит к немногочисленной в Москве группе памятников раннего барокко, тяготеющего к западноевропейским формам. Поднятое на высоком подклете (здесь находится тёплая церковь Николая Чудотворца), окружённом с трёх сторон открытой галереей, здание представляет собой храм типа восьмерик на четверике с симметрично примыкающими к нему с востока и запада равновеликими трапециевидными в плане апсидой и притвором. Боковые фасады четверика завершены крупными полуциркульными люнетами. Крупный восьмерик с зауженными диагональными гранями перекрыт сомкнутым сводом, несущим гранёный барабан, увенчанный невысоким шпилем. Монументальную представительность объёмов церкви подчёркивало лаконичное декоративное оформление. Фасады украшали лишь профилированные белокаменные карнизы и пилястры. Частично сохранившиеся на фасадах рустованные угловые пилястры и плоские штукатурные наличники, выполненные в необарочных формах, относятся ко времени поновления здания в середине XIX в. Тогда же нижний ярус галереи был приспособлен для размещения 2 приделов (иконы Богоматери «Утоли моя печали» и иконы Владимирской Богоматери) и перестроен переход между храмом и колокольней. Колокольня — одно из самых ярких в Москве произведений зрелого барокко, выделяющееся среди одновременных сооружений динамичным силуэтом и насыщенной ордерной декорацией. Её нижний ярус с широким обходом по верху несёт 3 уменьшающихся по объёму яруса, завершённых главой на гранёном барабане. Нижний ярус обработан рустовкой, верхние — колонными тосканскими портиками, поддерживающими широкие, энергично раскрепованные антаблементы с развитыми белокаменными карнизами. Почти скульптурная пластика архитектурного декора колокольни отчётливо противопоставлена лаконичным формам храма, создавая чрезвычайно эффектную по своей художественной выразительности композицию. В притворе верхней церкви сохранились настенные росписи рубежа XVIII—XIX вв., выполненные на темы Апокалипсиса; в переходе между храмом и колокольней находится чугунная лестница, ведущая на верхний ярус здания. С восточной стороны, на углу участка, сохранилась белокаменная ограда с замечательной кованой решёткой в стиле барокко, выполненной в середине XVIII в. для церкви Спаса на Большой Спасской улице (не сохранилась) и перенесённой сюда в 1966. Церковь была закрыта в 1934—94. Частичная реставрация проведена в 1960-х гг.
Басманная слобода
Находилась в северо-восточной части Москвы, в районе Старой Басманной улицы, за стенами Земляного города. Возникла в XVII в. По одной версии, была заселена дворцовыми ремесленниками, изготовлявшими басмы (оклады икон), по другой — пекарями, выпекавшими особый сорт хлеба — «басман». Жители Басманной слободы участвовали в восстании 1648 («Соляном бунте»). В конце XVII в. в северной части Басманной слободы были поселены офицеры петровских полков (так называемая Капитанская слобода). В XVIII в. слободской уклад исчезает, территория застраивается домами знати, военных, купцов. Название сохранилось в наименовании Старой Басманной и Новой Басманной улиц, Басманных переулка и тупика. Новая Басманная улица
(в 1918—22 улица Коммуны), между площадью Красные ворота и площадью Разгуляй, к востоку от Садового кольца. Возникла в 1640-х гг. В конце XVII в. называлась Капитанской слободой, здесь жили офицеры солдатских полков. В конце XVII в. на улице была построена деревянная церковь Петра и Павла, заменённая в 1705—23 каменной. Название Новая Басманная улица закрепилось в начале XVIII в. (от Басманной слободы). В 1726 здесь находилась каразейная мануфактура Р. Воронина. Во второй половине XVIII в. на улице стало селиться дворянство; в 1793 владельцы домов на ней — князья Голицыны, Куракины, Трубецкие, дворяне Нарышкины, Головины, Еропкины, Лопухины и др. На месте полкового Житного (затем Фуражного) двора стоял Запасный царский дворец (д. 2), построенный после пожара 1753 (в 1900-х гг. надстроен), до Октябрьской революции здесь размещался Институт благородных девиц, ныне Министерство путей сообщения. Напротив д. 2 находилась Сенная площадь. С 1782 на Новой Басманной улице (современный д. 29) находился «Басманный частный дом» — полицейская часть. Во время пожара 1812 все деревянные дома на улице сгорели; уцелели 12 каменных домов. До пожара 1812 на месте 1-го Басманного переулка стоял дом купца П. Бабушкина (открытый в 1760-х гг. против их дома переулок назывался Бабушкиным). На углу 1-го Басманного переулка в 1826 стоял дом, в котором жила М.М. Денисьева, мать Льва, Алексея и Василия Алексеевичей Перовских (внебрачные сыновья графа А.К. Разумовского). В д. 26, на углу Бабушкина переулка, в середине XIX в. находилось сиротское училище, с 1876 — Басманная больница. В д. 20 (не сохранился) в 1820-х гг. жил П.Я. Чаадаев. В конце XIX — начале XX вв. построен дом Стахеевых (д. 14). В 1870-х гг. улицу перерезала соединительная ветка Курской и Николаевской железных дорог. Через глубокую выемку над железнодорожными путями переброшен мост. На бывшей Сенной площади в 1882 был устроен сквер, где в начале XX в. была биржа сезонных рабочих (позже в сквере была установлена скульптура, изображающая крестьянина, пришедшего в Москву на заработки; скульптор И.Д. Шадр). Басманная больница
ныне Городская клиническая больница скорой помощи № 6 (Новая Басманная улица, 26). Основана в 1876 как Басманное отделение Больницы чернорабочих при бывшем здании Сиротского суда; вместе с временными бараками в отделении насчитывалось 660 коек. С 1877 самостоятельная больница. В комплекс зданий Басманной больницы входит бывший усадебный дом Н.Н. Демидова, выстроенный М.Ф. Казаковым в 1779—91 в формах зрелого классицизма и отличающийся строгим и монументальным решением. Центр главного корпуса, фланкированный 2 флигелями, выделен колоннадой коринфского ордера, несущей мощный антаблемент. Пластику фасада усиливают ниши с многофигурными барельефами; с северной стороны используются тонко проработанные коринфские пилястры. Первоначальная отделка интерьеров уничтожена пожаром 1812....
Старая Басманная улица
(в 1919—90 улица Карла Маркса), между площадями Земляной вал и Разгуляй. Название известно с 1730-х гг., когда Старая Басманная улица сформировалась как часть Покровской дороги в сёла Рубцово-Покровское и Преображенское. В XIV—XV вв. здесь проходил путь из Москвы в сёла Елох, Стромынь и далее в Суздаль. Сохранился путевой дворец царя Василия III — двухэтажные палаты (ныне — д. 15, строение 3а), стены которых, выступающие за красную линию улицы, сложены из белого камня. За Земляным валом по обе стороны дороги находилась Басманная слобода. В первой половине XVIII в. здесь жили ремесленники-оловянишники. К дворам слобожан с северо-запада примыкали огороды Вознесенского монастыря. В конце улицы у дороги в Немецкую слободу с конца XVII в. стоял кабак «Разгуляй». К началу XVIII в. относятся купеческие двухэтажные палаты (д. 18, строение 2). После строительства нового дворцового комплекса на берегу р. Яузы в первой половине XVIII в. в районе улицы стали селиться знать, купцы и предприниматели. В 1737 Старая Басманная улица была уничтожена пожаром. В 1751 заново отстроена церковь Никиты Мученика (д. 16). К северу от неё в 1740-х гг. князь А.М. Долгорукий построил каменные палаты (д. 15, строение 4); в 1775 строения 3а и 4 были объединены в одно домовладение князем М.П. Голицыным (в его доме в конце XVIII в. находилась одна из первых частных художественных галерей). Во второй половине XVIII в. перестроены каменные палаты купцов Бабушкиных (д. 20, строение 8); с 1757 известен производственный корпус шёлковой и полотняной фабрики А.И. Бабушкина — «мануфактурная каменная изба» (д. 20, строение 11, перестроено в XIX в.). В 1799—1802 в домовладении князя А.Б. Куракина построен новый усадебный комплекс (д. 21/4, архитектор Р.Р. Казаков; перестроен в XIX в., архитекторы Е.Д. Тюрин и Б.В. Фрейденберг). В 1836—73 здесь размещался Константиновский межевой институт, в 1873—84 — Московский архив Министерства юстиции (МАМЮ), в 1885 — 1918 — Александровское коммерческое училище (ныне — Академия химического машиностроения). Правая сторона Старой Басманной улицы в XVIII в. завершалась каменными палатами купца Ф.О. Карманова, в которых с 1782 находилась «партикулярная» аптека (д. 38, перестроен в 1815—17 и в 1995—96). На левой стороне сохранился трёхэтажный дом в классическом стиле (д. 35, 1760—70, перестроен в 1890, надстроен в 1930-х гг.), в котором в 1805—52 размещалась городская казённая аптека. Во время пожара 1812 погибла большая часть застройки Старой Басманной улицы; сохранились усадьба князя Куракина и застройка в центре улицы, вокруг церкви Никиты Мученика. В первой четверти XIX в. построены деревянный усадебный дом Муравьёвых-Апостолов с двухэтажным флигелем (д. 23/9). В 1817—22 купцом Колокольниковым построен особняк в стиле ампир (д. 18, строение 3). Образцами послепожарной застройки служат усадебный дом А.В. Сухово-Кобылина (д. 22, строение 1, перестроен в 1856 и 1907 при участии архитектора Н.Г. Лазарева) и д. 36 (1819, принадлежал П.В. Кетчеру, в 1822—30 здесь жил В.Л. Пушкин — мемориальная доска; в 1815—30 он вместе со своей сестрой А.Л. Пушкиной жил в д. 28, не сохранился). В 1819 на месте бывшей усадьбы Румянцевых новый владелец купец М.Н. Варенцов построил несколько торгово-гостиничных корпусов (д. 4—6, сохранились частично). В 1859 в домовладении 20 разместилась табачная фабрика купца М.И. Бостанжогло, для которой были построены производственный корпус (строение 13) и фабричная школа (строение 9, 1882, архитектор Н.Н. Кюлевейн). В 1870-х гг. через Старую Басманную улицу по владениям 8 и 9—11 прошла трасса соединительной ветки Николаевской и Московско-Курской железных дорог. В 1897 управление Московско-Курской, Нижегородской и Муромской железных дорог возвело четырёхэтажное административное здание (д. 11, архитекторы М.А. Аладьин и Н.И. Орлов). В 1881 В.Н. фон Дервиз организовала в д. 13 приют, а затем и гимназию для девочек (в 1901 переведена в Гороховский переулок, д. 10). По заказу семьи коммерсантов Прове в 1882 на территории домовладения 17 построен каменный особняк (строение 1, архитектор К.В. Трейман), в 1892 — особняк в неоготическом стиле (строение 4). На участке д. 19 архитектор Г.Г. фон Ниссен в 1875 построил здание меднокотельного завода (строение 11), в 1876 — двухэтажный особняк (строение 1). В конце XIX — начале XX вв. на Старой Басманной улице появились доходные дома: д. 19 (1902, архитектор В.К. Микини), д. 15, строение 3б (1902, архитектор В.В. Шауб), д. 8 (1890) и д. 12 (1902, оба — архитектор Н.И. Жерихов), д. 13 (1908, архитектор С.Ф. Воскресенский), дома 31—33 (1913, архитектор В.С. Масленников; д. 31 перестроен в 1945—46, архитектор Н.П. Баратов). В 1918—23 в особняке купцов Елагиных (д. 26, 1894, архитектор И.И. Поздеев; снесён в 1972) действовал Пролетарский музей искусств, открытый на основе национализированной коллекции русской живописи фабриканта И.С. Исаджанова. В 1920 открыт Сад имени Н.Э. Баумана с входом у д. 15. В 1930-х гг. вся правая сторона Старой Басманной улицы была предназначена к сносу с целью расширения улицы; в 1934—36 на новой красной линии построены восьмиэтажный д. 20 (строение 1, кооператив «Бауманский строитель») и комплекс из трёх пятиэтажных жилых зданий (д. 20, строения 3, 4, 5). В ходе реконструкции 1970-х гг. на месте домов 27—29 был построен корпус городской больницы № 6; после сноса домов 24—28 на их месте возведены шестнадцатиэтажные современные здания. На Старую Басманную улицу выходит улица Александра Лукьянова, отходят Гороховский и Токмаков переулки.
К достопримечательностям Басманного района относятся старинные палаты (Мазепы, Шуйского, Гагарина), городские усадьбы (Боткиных, Разумовских, А.И. Мусина-Пушкина), подворья (Малороссийское подворье), особняки (дома Анны Монс, В.Л. Пушкина). На территории Басманного района более 20 действующих храмов, среди них собор Богоявления в Елохове, церквовь Архангела Гавриила (Меншикова башня) и церковь Петра и Павла на Новой Басманной улице, молитвенные дома христиан-баптистов и христиан-адвентистов, Московская Хоральная синагога, лютеранская кирха Петра и Павла.
4. Дом Мусина-Пушкина, Разгуляй.
Усадьба Мусина-Пушкина
(Спартаковская улица, 2), архитектурный ансамбль зрелого классицизма, усадьба на стыке Новой и Старой Басманных улиц, включающая главный дом, здания служб, флигеля, обширный сад, пруд. Формировалась с середины XVIII в., в 1790—1800-х гг. приобрела законченный и гармоничный облик; центральный фасад главного дома, обращённый к площади Разгуляй, украсил торжественный восьмиколонный портик. Фасад, выходящий на Спартаковскую улицу, декорирован ионическим портиком; в срезанный угол дома, обращённый к Елоховской площади, вписана изящная полуротонда с ионической колоннадой. В это время усадьба принадлежала А.И. Мусину-Пушкину, известному археологу и историку. При восстановлении усадьбы после пожара 1812 её архитектура была дополнена элементами стиля ампир. В 1835, когда здание приспосабливалось для 2-й московской гимназии, была изменена отделка интерьеров. В 1930 надстроено; в нём располагались Дом Красной Армии, Индустриально-педагогический институт имени К. Либкнехта, с 1943 Московский инженерно-строительный институт имени В.В. Куйбышева.
Мусины-Пушкины
Мусины-Пушкины - графский и дворянский род, происходящий, по сказаниям древних родословцев, от семиградского выходца Радши. Его потомок в 10-м колене Михайло Тимофеевич Пушкин, по прозванию Муса, был (в XV веке) родоначальником М.-Пушкиных. В первой половине XVII века некоторые М.-Пушкины были воеводами в небольших городах. Лишь в конце этого века род М.-Пушкиных возвысился в лице Ивана Алексеевича М.-Пушкина (см. ниже), родоначальника первой графской отрасли М.-Пушкиных, угасшей в 1836 году в лице обер-шенка графа Василия Валентиновича М.-Пушкина, женатого на последней графине Брюс и принявшего фамилию "М.-Пушкин-Брюс". Алексей Семенович М.-Пушкин (умер в 1817 году), был при Екатерине II посланником в Лондоне и Стокгольме: в 1779 году он получил графский титул Римской империи; потомства у него не было. Граф Александр Иванович М.-Пушкин, внук графа Алексея Ивановича (см. ниже), генерал-адъютант, генерал от кавалерии, командовал в 1880-х годах войсками одесского военного округа. Род М.-Пушкиных внесен в V и VI части родословных книг губерний Екатеринославской, Казанской, Московской, Киевской, Костромской, Новгородской, Оренбургской, Петроградской, Тверской, Тульской и Ярославской. Наиболее известные из М.-Пушкиных: граф Александр Алексеевич (1788 - 1813), убит в чине майора, в битве под Люнебургом. Его "Дневник", многочисленные его стихотворения, переводы и исторические исследования сгорели в Москве во время пожара 1812 года; уцелел только напечатанный перевод "Речи Флавиана, патриарха Антиохийского, к греческому императору Феодосию" (М., 1804 и 1813, с биографией переводчика в предисловии). - Ср. ст. Д. Б. К., в "Пантеоне славных российских мужей" (1816, ч. I, № 4) и ст. Калайдовича в "Трудах Общества Истории и Древностей Российских" (1824, ч. II). - Граф Алексей Иванович (1744 - 1817), известный археолог, член российской академии; был обер-прокурором Святейшего Синода, президентом Академии Художеств и сенатором. Первая из этих должностей дала ему возможность черпать материалы из архивов монастырей и епархий; у Сопикова он купил все бумаги Крекшина о Петре Великом . Его "собрание" было открыто всем членам московского общества истории и древностей российских, им пользовался и Карамзин . Теперь оно известно только по рассказам, так как большая часть его погибла в московском пожаре 1812 года. М.-Пушкину удалось открыть "Слово о Полку Игореве", древнейший список Лаврентьевской летописи, новые списки "Русской Правды", "Завещания Владимира Мономаха" и другие. Многие из имевшихся у него рукописей он успел издать: "Книга Большому Чертежу" (Санкт-Петербург, 1792), "Русская Правда, или Законы великих князей Ярослава и Владимира" (Санкт-Петербург, 1792, и М., 1799, вместе с Болтиным и Елагиным ), "Духовная великая книга Владимира Всеволодовича Мономаха детям своим" (Санкт-Петербург, 1793); "Ироическая песнь о походе на половцев удельного князя Новгорода-Северского Игоря Святославича" (М., 1800). Главнейшие исследования А. И. М.-Пушкина: "Историческое исследование о местоположении древнего российского Тмутараканского княжения" (Санкт-Петербург, 1794); "Историческое замечание о начале и местоположении древнего российского, так называемого, Холопья-города"; "Примечания на древние славянские месяцесловы" (в "Трудах Московского Общества Истории и Древностей Российских"). - Ср. Срезневский "М.-Пушкинский сборник" (Санкт-Петербург, 1893); "Вестник Европы" за 1813 год, ч. 72, № 21 и 22; "Записки и Труды Московского Общества Истории и Древностей Российских" (1824, ч. II); Н. Попов "История Московского Общества Истории и Древностей Российских" (М., 1884); "Библиографические Записки" (1859); "Дневник Храповицкого", изд. Барсукова (прим.); П.Н. Петров "Материалы для истории Академии Художеств" (часть I); "Русское Обозрение" (1894, № 4). - Аполлос Аполлосович, граф (умер в 1805 году), химик и минералог, был вице-председателем горной коллегии и членом лондонского королевского общества. Список его научных трудов (более 20) помещен в "Biogr.-litterar.Handworterbuch" Poggendorffa. - Валентин Платонович, граф (1735 - 1804), генерал-аншеф и генерал-адъютант, сын сенатора, пострадавшего вместе с Волынским в царствование Анны Иоанновны , был вице-президентом военной коллегии. В шведскую войну 1788 - 89 годов М. дважды командовал русской армией, с малыми силами умел удержать завоеванные земли и крепости, но, в общем, действовал нерешительно. - Иван Алексеевич, граф, сын комнатного стольника, окольничий, потом боярин; был воеводою в Астрахани, где защитою жителей от мятежных казаков и кубанцев и увеличением государственных доходов снискал расположение Петра Великого. Во время северной войны сопутствовал Петру в походах и участвовал в полтавской битве; в 1710 году пожалован в графы. В 1710 - 1717 годах состоял начальником монастырского приказа; был сенатором. - Михаил Николаевич (1795 - 1862) с 1829 по 1845 год был попечителем казанского, с 1845 по 1856 год - петербургского учебного округа, где оставил недобрую память. При нем факультет восточных языков был переведен из Казани в Петербург. - Ср. Григорьев "Пятидесятилетие Санкт-Петербургского университета" (Санкт-Петербург, 1871); П.Ф. Вистенгоф "Из моих воспоминаний" ("Исторический Вестник", 1884, № 5); Шевляков "К характеристике М. Н. М.-Пушкина" ("Исторический Вестник", 1892, № 3). - Платон Иванович, граф; в 1719 году ездил в Копенгаген для склонения датского короля к союзу против Швеции, в 1720 году - в Париж, тоже с дипломатическим поручением. Позже был губернатором, при Анне Иоанновне, президентом коммерц-коллегии, сенатором, начальником канцелярии конфискации и заведующим коллегией экономии. Своим возвышением он был обязан А.П. Волынскому, к делу которого он был привлечен, лишен чинов и графского достоинства и, по вырезании языка, сослан в Соловецкий монастырь; возвращен при Елизавете Петровне.
Площадь Разгуляй
между Старой Басманной, Новой Басманной и Спартаковской улицами, на востоке от Садового кольца. Названа в XVII в. по кабаку за Земляным валом (предположительно, на площади Разгуляй). Площадь возникла в конце XVII в. (на перекрёстке дорог в село Рубцово-Покровское, село Измайлово и в Немецкую слободу). В XVIII в. на углу Старой Басманной и Новой Басманной улиц находились Медицинская контора и аптека. В конце XVIII — начале XIX вв. на площади Разгуляй сооружена усадьба Мусина-Пушкина; его каменный дом (архитектор М. Ф. Казаков) пострадал при пожаре 1812, сгорела библиотека, в которой хранился список «Слова о полку Игореве».
Площадь Разгуляй в Москве (в XIX веке также известная под названием Разгуляевская площадь) находится в Басманном районе Центрального административного округа столицы, расположена на исторической Покровской дороге между улицами Старой и Новой Басманной, Доброслободской и Спартаковской.
Площадь Разгуляй в Москве возникла где-то в конце XVII в.. Тогда в этой местности между Земляным городом и Немецкой слободой на реке Яузе было поле, а на въезде в город располагалось несколько кабаков, среди которых особо выделялся попойками и гуляниями кабак Разгуляй (отсюда, скорее всего, и пошло название площади Разгуляй). Кабак этот находился на Покровской дороге еще в XVII в. и просуществовал здесь до 1860 года. Двухэтажный дом с лавками, где он располагался, позже был безвозвратно утерян.
В XVIII в. между площадью Разгуляй и Немецкой слободой появилась Новая слободка, которую впоследствии назвали Доброй слободкой. Тогда здесь (между современными Доброслободским переулком и Спартаковской улицей) располагался обширный двор с каменными и деревянными постройками, который в 1753 году принадлежал обер-гофмейстеру и генерал-аншефу Д. А. Шепелеву. В конце XVIII и начале XIX в. этот двор принадлежал графине Мусиной-Пушкиной-Брюс, которая была женой известного археолога и библиофила — графа А. И. Мусина-Пушкина. Владение это занимало площадь около 90 га и было застроено в основном мелкими одно- и двухэтажными зданиями. На площадь Разгуляй выходил фасад большого каменного дома с монументальным портиком классического стиля. Дом был построен по проекту М. Ф. Казакова и в сильно измененном виде сохранился до наших дней. Настоятель французской церкви в Москве Аббат Сюрюг устроил на этом доме солнечные часы, которые были сняты лишь в 1920-х годах. Во время пожара 1812 года дом горел, в результате погибла обширная библиотека Мусина-Пушкина с хранившимся в ней древнейшим произведением «Слова о полку Игореве». В этом доме часто бывал поэт В. А. Жуковский, а также работал над материалами для «Истории государства Российского» Н. М. Карамзин. От Мусиных-Пушкиных дом перешел к казне, затем в нем длительное время размещалась 2-я мужская гимназия. В советское время дом занимали различные просветительные учреждения.
Эта местность известна как Разгуляй с XVII века. Здесь была Басманная слобода и проходила дорога от Кремля в Покровское — царское имение, построенное еще Алексеем Михайловичем Романовым (1629-1676) и особо любимое его правнучкой императрицей Елизаветой Петровной(1709-1762). Вдоль дороги и жили басманники — так называли и дворцовых пекарей, стряпавших казенный хлеб «басман», и ремесленников, которые «басмили», то есть делали узоры на металле и коже.
После царского указа от 4 октября 1652 года о расселении иноземцев на берегах Яузы, по соседству с селом Елоховым (или Ехаловом) сложилась Немецкая слобода. На месте прежней Елоховской улицы сейчас улица Спартаковская (переименована в 1922 г. в честь немецкой коммунистической организации «Спартак»). А там, где проходит Новая Басманная улица, была Капитанская слобода с аккуратными домиками и палисадниками иноземных офицеров, служивших в полках императора Петра Великого. На пересечении этих улиц с Доброслободской, вблизи Елоховского моста над ручьем Чечеркой, и образовалась площадь Разгуляй. Название закрепилось за местным кабаком. Этот отдаленный столичный трактир был очень популярен среди самых бесшабашных московских кутил и гуляк. Предполагают, что кабак, просуществовавший до 1860 года, находился в двухэтажном каменном доме № 38 по Старой Басманной.
В эпоху правления Петра этот район сделался неформальным центром Москвы. На Басманных улицах стали селиться богатые вельможи. В конце XVII века на Разгуляе — в доме 2/1 по Спартаковской — обосновалось семейство Я. В. Брюса. Представитель знатного шотландского рода, ближайший сподвижник Петра I, генерал-фельдмаршал Яков Вилимович Брюс был одним из образованнейших людей России, владел крупнейшей библиотекой в полторы тысячи томов, а его «кабинет курьёзных вещей» влился в фонды кунсткамеры Академии наук.
В 1776 году «Брюсов дом» приобрел граф Алексей Иванович Мусин-Пушкин — государственный деятель, историк и президент Академии художеств. Он перестроил усадьбу в стиле классицизма. Известный собиратель книжных раритетов и рукописей, Мусин-Пушкин перевел на современный русский язык и подготовил к печати древний список «Слова о полку Игореве». Первый тираж в 1200 экземпляров был выпущен в 1800 году. Рукопись «Слова» хранились в доме графа. В войну 1812 года дом горел, и рукопись погибла в пожаре.
В начале XIX в. усадьбу продали. До революции в ней размещалась 2-ая московская гимназия, в советское время — красноармейский клуб, Индустриально-педагогический институт им. Карла Либкнехта. С 1943 года графские владения были отданы нынешнему Московскому государственному строительному университету.
Другое примечательное здание на Площади — дом № 3. Усадьба построена в XVIII веке. Сначала она принадлежала премьер-майору Г.Н. Савину, а с 1862 года — графу А.А. Закревскому. Офицер, участник Аустерлицкого сражения, Арсений Андреевич Закревский был военным генерал-губернатором Москвы с 1848 по 1859 год. Деятельность ревностного блюстителя монархических порядков вызывала благосклонность Николая I, однако не совпадала с политикой его наследника — с приходом к власти Александра II графа уволили в отставку. В последующем усадьба неоднократно перестраивалась новыми владельцами. Незадолго до революции она принадлежал замечательному инженеру Н.П. Зимину, 25 лет заведовавшему Московским водопроводом — до 1902 года.
В 1979 г. северная сторона Разгуляя была снесена, а в глубине квартала за Новой Басманной улицей возникло стандартное здание райкома КПСС и пустырь перед ним. В 1990-е годы этот пустырь был застроен типовыми зданиями.
У площади есть любопытная особенность: официального адреса, в котором было бы название "Разгуляй", не существовало ни раньше, ни теперь: стоящие на ней дома числятся по образующим Разгуляй улицам - Спартаковской. Новой Басманной и Карла Маркса.
5. Кафедральный Собор. Памятник Н.Э.Бауману
Богоявленский кафедральный собор
Богоявленский собор в древности, возможно, был обыкновенной сельской церковью.
Документально он известен с 1687 года, а уже в 1712—1731 годы был перестроен в камне на средства его прихожанина полковника Воронецкого и царевны Прасковьи Ивановны. Кирпич на него пожаловал лично Петр I. Строительство растянулась надолго, и он был освящен только в 1731 году.
В конце XVIII столетия прихожанами старого петровского Богоявленского храма стала семья Пушкиных. Известно, что великий поэт родился в Немецкой слободе и был крещен в старом Богоявленском соборе в 1799 году. Старый петровский собор простоял до середины XIX века. В 1830-х годах началась его перестройка. И в октябре 1853 года обновленный, красивый, величественный Богоявленский собор был освящен.
После революции этот храм не закрывался. В праздник Сретения в 1925 году торжественную Литургию в нем служил Святейший Патриарх Тихон.
А в феврале 1935 года Бауманский райсовет, ссылаясь на «наказы избирателей», постановил открыть в Богоявленском соборе один из крупнейших кинотеатров города. К счастью, этому решению не суждено было сбыться. Вскоре из разрушенной Богоявленской церкви в Дорогомилове сюда переместилась кафедра Патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского), который в сентябре 1943 года стал Патриархом. После кончины в 1944 году он был погребен в северном Никольском приделе собора.
В Богоявленском соборе на клиросе с юга от Царских врат главного престола покоятся мощи святителя Алексия, митрополита Московского.
Как известно, после смерти святителя похоронили в основанном им кремлевском Чудове монастыре, где его св. мощи почивали до самой революции. И в 1928 году при разрушении Чудовой обители они были перенесены сначала в закрытый Архангельский собор Кремля, а в 1947 году по просьбе Патриарха Алексия I (Симанского) и с личного разрешения Сталина были отданы вновь Православной Церкви и перенесены в Богоявленский собор в Елохове.
Когда в начале 1992 года Успенский собор Московского Кремля стал Патриаршим, Богоявленский собор сделался кафедральным.
В Благовещенском приделе Богоявленского собора погребен Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II.
Собор Богоявления в Елохове
(Спартаковская улица, 15). Построен в конце XVIII — первой половине XIX вв. на месте древнего подмосковного села Елохово, в котором, по преданию, в 1488 родился московский юродивый Василий Блаженный. Композиция складывается из собственно храма с 2-придельной трапезной (престолы Благовещения и Николая Чудотворца) и колокольни. Храм сооружён в 1835—45 по проекту архитектора Е.Д. Тюрина, а трапезная и нижний ярус колокольни более ранние (1792—93) и принадлежат предшествующей церкви, сооружённой в 1722—31 на средства царевны Прасковьи Ивановны (в этой церкви в 1799 крестили А.С. Пушкина). Собственно храм — крестово-купольного типа, в стиле позднего ампира, тяготеет к группе больших городских соборов, появившихся в России в эпоху императора Николая I. Его двухсветный 4-столпный кубический четверик завершён пятиглавием с массивной купольной световой ротондой в центре и небольшими по объёму глухими цилиндрическими барабанами на углах. С севера и юга четверик уравновешен плоскими ризалитами, которым на восточном фасаде соответствует такая же по размерам апсида. Монументальные пропорции объёма в сочетании с укрупнёнными ордерными формами фасадного декора создают торжественный, внушительный архитектурный образ. В оформлении боковых ризалитов и апсиды использована широко распространённая в ампире композиция с высокой полуциркульной аркой, в которую вписан колонный портик. В оконных простенках купольной ротонды помещены парные ионические колонны, поддерживающие широкий, энергично раскрепованный антаблемент. Первоначальная, в стиле классицизма, обработка фасадов трапезной была дополнена в первой половине XIX в. лепными деталями, трактованными в ампирных формах: пилястры, расчленяющие фасады, были украшены коринфскими капителями; окна обрамлены наличниками с треугольными навершиями и растительными орнаментами над перемычками; круглые ниши на фланговых частях стен заполнены фигурными розетками. Большой гранёный тамбур над трапезной и ступенчатые аттики на её боковых фасадах надстроены по проекту архитектора П.П. Зыкова в 1889. Высокая 4-ярусная колокольня с динамично уменьшающимися кверху прямоугольными в плане ярусами, оформленными колонными портиками, по пропорциям объёмов и трактовке фасадного декора соответствует традициям зрелого классицизма. В храме находится великолепный иконостас, украшенный пышной и разнообразной резьбой, сочетающей формы классицизма с барочными мотивами. Лепная отделка интерьера, настенные росписи и позолота иконостаса выполнены в 1912. Церковь, расположенная между Спартаковской улицей и Елоховским переулком, подавляет своим монументальным объёмом даже современную многоэтажную застройку прилегающих кварталов. Стройная вертикаль её колокольни, обращённая к площади Разгуляй, служит важнейшим ориентиром при движении по нескольким сходящимся здесь улицам. Ограда церковного участка, богадельня и дом причта, сохранившиеся с северной стороны храма, построены в XIX в. С середины 1930-х гг. патриарший кафедральный собор. В церкви хранятся святыни: чудотворная икона Казанской Божией Матери и мощи митрополита Алексия. Здесь же похоронен патриарх Сергий.
Бауман Николай Эрнестович (Эрнстович) (1873, Казань — 1905, Москва), революционный деятель. Учился в Казанском ветеринарном институте (1890—95). В 1896—97 член Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». В 1900 участвовал в создании газеты «Искра». В декабре 1900 стал одним из руководителей Московского комитета РСДРП. Делегат II съезда РСДРП (1903) от московской партийной организации; составил доклад о рабочем и социал-демократическом движении в Москве с середины 90-х гг. до 1902. В 1903—04 руководил Московской партийной организацией большевиков и одновременно Северным бюро ЦК РСДРП; организовал у себя на квартире (Нижняя Красносельская улица, 13) нелегальную типографию. В июне 1904 арестован и заключён в Таганскую тюрьму. 8 октября 1905 освобождён из тюрьмы; кооптирован в МК РСДРП. 18 октября во время организованной МК РСДРП демонстрации убит черносотенцем на Немецкой улице (ныне Бауманская улица, 60; мемориальная доска). 18—20 октября гроб с телом Баумана находился в здании Высшего технического училища (ныне 2-я Бауманская улица, 5; мемориальная доска), откуда 20 октября началась траурная демонстрация, в которой приняли участие свыше 100 тыс. человек. Похоронен на Ваганьковском кладбище. Именем Баумана в 1918 названы площадь (с 1994 вновь Елоховская), на которой в 1931 ему установлен памятник (скульптор Б.Д. Королёв), и улица (бывшая Немецкая), в 1933 — 2-я Бауманская улица (бывшая улица Коровий брод), рабочий городок в Измайлове, Сад имени Н.Э. Баумана (1920), станция метро «Бауманская» (1944). Имя Баумана присвоено Высшему техническому училищу (МВТУ; ныне МГТУ).
Памятник Н.Э.Бауману
В 1925 году (к 20-летию первой русской революции) был объявлен конкурс на проект памятника Н.Э. Бауману для Москвы, создание которого было предусмотрено планом монументальной пропаганды.
Закладка памятника состоялась в 1930-м году, а торжественное открытие на Елоховской площади произошло 31 октября 1931 года.
Статуя Баумана — одна из самых удачных работ скульптора Королева Бориса Даниловича. Ученик С.М. Волнухина, он продолжал на протяжении 1920-х годов развивать импрессионистическую традицию русской дореволюционной скульптуры. При этом, став членом ОРС, Королев всячески стремился к реалистической форме, монументальному обобщению, образам выраженной социальной направленности.
В сущности, импрессионистические приемы — дробность формы, динамичная фактурная обработка поверхности, размытость силуэта, имитация одного материала в другом (в данном случае — камня в бронзе) — не помешали, но лишь способствовали созданию монументального образа.
Бронзовая поверхность статуи как бы вылеплена из мельчайших частиц материала, она словно вибрирует в свете и воздухе — "дышит". Каждая новая точка зрения придает новое выражение лицу и новое, едва уловимое, движение фигуре и тем самым вносит дополнительный акцент в психологическое содержание образа.
Рыхлая, родственная камню фактура статуи, статичность ее позы и упавшее с плеча пальто, которое превращается в некую абстрактную глыбообразную форму, "вырастающую" из гранитного постамента, неразрывно связывают скульптуру с основанием. Гранитный блок, в свою очередь, как бы утрачивает цельность и громоздкость — он испещрен надписями и покрыт многофигурными рельефами, а в верхней части сужающимися уступами тянется к статуе. Столь дробный по форме в разных своих частях, в целом памятник производит впечатление монолита, крепкого композиционного целого.
Можно сказать, что в этой работе Б.Д. Королеву удалось раскрыть секрет монументального обобщения и показать природу монолитности. Изображение конкретного лица (да к тому же еще и всячески поясненное вспомогательными изобразительными приемами) становится не просто обобщенным образом, типажом, но символом, дает пищу для ассоциативного осмысления. Метафоричность — вообще одно из важнейших качеств монументального искусства.
На лицевой стороне постамента вырублена надпись: "Николай Эрнестович Бауман. 1873-1905" и слова В.И. Ленина, сказанные им о Баумане: "Пусть послужат почести оказанные восставшим народом его праху залогом полной победы восстания и полного уничтожения проклятого царизма".
На боковых сторонах постамента расположены три бронзовых барельефа, показывающих наиболее яркие эпизоды жизни революционера-подпольщика: первый посвящен исключительному по смелости побегу искровцев из Лукьяновской тюрьмы Киева, который был организован Бауманом; под ним — текст: "т Бауман был арестован в 1902 году по делу организации "Искры" и бежал из Киевской тюрьмы вместе с 10 товарищами".
На втором изображен узник в камере и высечен текст: "Н.Э. Бауман за активную революционную деятельность в Петербурге был арестован в 1897 году и находился в заключении 22 месяца в Петропавловской крепости".
На третьем показан момент, когда рабочие подхватывают своего товарища со знаменем в руках, предательски убитого из-за угла: "Убийство т. Баумана показывает ясно, что царский манифест 17 октября был ловушкой. Чего стоят все эти обещания свободы, пока власть и вооруженная сила остается в руках правительства".
Памятник Н.Э. Бауману — один из очень немногих государственных монументов советского периода, совершенно лишенный внешней официозности, несущий подлинно романтический образ революционера, созданный вне канонов творческой фантазией художника.
6. Дворец Петра на Яузе
Москва, 2-я Бауманская ул., 3
«Вросший в землю, с оскальпированной крышей и обвалившейся штукатуркой стен, черной тенью в ясный день нависает над Яузой некогда прекрасный дворец. Ровно триста лет исполнилось ему на рубеже тысячелетий. С его появлением Московский Кремль на век утратил свое значение официальной резиденции русских правителей».Владлен Дорофеев
Лефортово – один из старейших районов Москвы, расположен на берегу Яузы. Многие знают, что он назван в честь сподвижника Петра Франца Лефорта, но далеко не всем известно, что здесь когда-то вершились судьбы России, что с этими местами связаны легенды о призраках и таинственных сокровищах…Здесь в 17 веке располагалась знаменитая Немецкая слобода, где очень любил бывать в юности будущий император Петр. Именно здесь он познакомился сл многими европейцами, ставшими впоследствии его помощниками и сподвижниками в деле реформирования России. Одним из таких людей был швейцарец Франц Лефорт – личность интересная и неординарная. Даже характеристики, даваемые ему современниками были парадоксальны: "Помянутой Лефорт был человек забавный и роскошный или назвать дебошан французской. И непрестанно давал у себя в доме обеды, супе и балы... Тут же в доме началось дебошество, пьянство так великое, что невозможно описать, что по три дни запершись в том доме бывали пьяны, и что многим случалось оттого умирать". В то же время многие отмечали его острый ум, непоколебимое мужество и честность. Лефорт обладал общительным характером, чем расположил к себе Петра, но самым важным решением для его карьеры был приезд в Троице-Сергиеву Лавру во время заговора 1689 года, когда будущему императору пришлось бежать от стрельцов, руководимых царственной сестрой Софьей. Исход борьбы тогда еще был неясен, поэтому поддержку Лефорта Петр высоко оценил - с тех пор они стали неразлучными друзьями, и Петр сделал Лефорта советчиком в делах Европы, торговли, войны и флота.Отныне царь стал частым гостем Немецкой слободы. Сюда он наезжал со своими приближенными целыми "поездами”. Бесконечные балы, попойки по нескольку суток, доступные фроляйн. Умел Лефорт угодить царю. "Именно здесь, в доме Лефорта, - писал князь Куракин, - Петр научился с дамами иноземными обходиться, и амур первый начал быть”. Здесь Петр познакомился с Анной Монс.И, если Петра в народе многие называли Антихристом, то его любимца Лефорта величали Чертушкой.
В 1698 гг. на средства казны был построен каменный дворец, который Петр подарил своему любимцу. Новоселье в новых хоромах состоялось 12 февраля 1699 г. После него по Москве еще долго судачили о том, как "князь-папа всешутейшего и всепьянейшего собора” освятил дворец в честь языческого бога Вакха, прыгая с кадилом, распространявшим табачный дым. А крестом, которым он раздавал окружающим "благословение”, служили перекрещенные табачные трубки. А 2 марта хозяин дома скончался. Лефорт "в непрерывном бреду отгонял пастора прочь, требуя вина и музыкантов. Медики разрешили последнее: любимые звуки арий успокоили больного, но не надолго. Он снова впал в беспамятство и очнулся только перед самой смертью”, попрощавшись с женой. Официально считалось, что причиной смерти стала злокачественная горячка, образовавшаяся от ушиба после падения с лошади под Азовом. В семье Франца Яковлевича не оказалось даже денег на его погребение (подаренные ему во время Великого посольства вещи от иностранных дворов он добровольно сдал в казну, фактически, Лефорт содержал себя почти одним жалованием), поэтому царь взял все расходы на себя. Перед выносом в церковь царь приказал открыть гроб, долго плакал и целовал труп своего любимца. Похороны Ф. Лефорта были невиданно пышными. После выноса тела из церкви, раздались троекратные залпы сорока орудий, установленных на площади рядом с собором. Поговаривали, что во время залпов. Одному из солдат снарядом оторвало голову – в этом усмотрели дурной знак. Всем участникам похорон были выданы золотые перстни с вырезанным днем кончины и "изображением смерти”. Ходили слухи, что ночью могилу Лефорта хотели вскрыть грабители, чему помешали жители Немецкой слободы. 
Вопрос о месте захоронения Ф. Лефорта до сих пор остается открытым. Скорее всего Лефорта похоронили в Немецкой слободе. По преданию, его могила была покрыта мраморной доской с вырезанной на ней эпитафией: "Остерегись, прохожий, не попирай ногами сего камня: он омочен слезами величайшего в свете монарха В 1702 г . Анри Лефорт, сын Франца Яковлевича писал дяде Ами в Женеву: "Я ходил туда, где похоронен мой отец. Гроб его стоит в каменном склепе. Я приказал открыть гроб и видел отца: он сохранился так хорошо, как будто не лежал там и недели, а уже прошло три года...”
Ходят слухи о том, что в Лефортовском дворце на Яузе (где сейчас располагается военно-исторический архив) по сей день обитает дух Лефорта, и порой звучит музыка – якобы та самая, под которую он скончался.После смерти Лефорта, дворец перешел к другому любимцу Петра – Александру Меньшикову. И на этот раз новоселье сопровождалось кощунственными ритуалами: "С торжественными обрядами на эпикурейском пиршестве, Вакх освятил дом, который царь подарил недавно своему фавориту "Алексашке” – писал один из современников. Однако после смерти императора могущество Меньшикова пошло на спад и в конце концов Петр II отправил его в ссылку. После одна из служанок донесла, что дворецкий Меньшикова спрятал во дворце два сундука с деньгами и ценностями. Однако обыск не принес никаких результатов, хотя женщина клялась, что видела, как прятали сокровища. Это еще одна тайна дворца на Яузе – кто и когда их нашел? А может быть они до сих пор хранятся в каком-нибудь тайнике…Следующим хозяином дворца стал император Петр II. Но ему не суждено было долго оставаться его владельцем - в ночь на 19 января 1730 года в Москве в Лефортовском дворце 15-летний император Петр II умер от оспы. Следующая императрица Анна Иоанновна приказала выстроить на другом берегу Яузы деревянный дворец – «летний Анненгоф» - ходили слухи о том, что его и Лефортовский дворец связывает подземный ход под Яузой –правда это или нет – неизвестно…Потом дворец на Яузе несколько раз страдал от пожаров, перестраивался, переделывался. Ныне в нем располагается военно-исторический архив. Однако слава одного из мистических мест Москвы сохранилась за таинственным дворцом и поныне. 

Лефортовский дворец имеет сильно изменившую его облик архитектурную историю. В 1697—1699 годах он строился зодчим Д. Аксамитовым и по окончании строительства был подарен Петром I генералу Лефорту. Позднейшие переделки сильно исказили облик здания. Исследования дворца позволили установить, что наружные его формы сочетали мотивы XVII века с новыми элементами ордерной архитектуры. Его планировка говорит о новых принципах русской архитектуры: план симметричен по композиции, на углах и в центре расположены выступы, где помещались залы дворца. В центральном зале находилась огромная изразцовая печь, на стенах висели портреты, называвшиеся тогда «парсунами». Здесь Петр устраивал свои знаменитые пиры-ассамблеи.
В 1706—1708 годах новый владелец дворца А.Д. Меншиков окружает парадный дворцовый двор замкнутым прямоугольником корпусов с торжественным, тяжелым по пропорциям въездом. Со стороны двора эти корпуса имели аркады, столь типичные для итальянских двориков. В XIX веке аркады в основном были заложены. Автором этих корпусов считают итальянца Дж.М. Фонтана.В 1729-30 годах дворец был местом пребывания несовершеннолетнего императора Петра II, смерть которого тоже произошла в этом здании.
7. Лефорт и Петр. Памятник
Красноказарменная ул., 2
Памятник-обелиск Петру I и Францу Лефорту высотой 8 метров (скульптор - Е. Суровцева (соавторы  Д. Суровцев и В. Суровцев), архитекторы - В. Кочергин, В. Алешина) находится у главного входа в одноимённый парк, на Лефортофском холме, на территории Лефортово Юго-Восточного административного округа города Москвы. Он был открыт в 1999 году в дни празднования 300-летия местности Лефортово в Москве. Памятник изображает русского царя и его сподвижника, которые не сильно отличаются друг от друга ростом. Этот факт, как отмечают современники, также добавлял симпатии Францу Лефорту в глазах Петра, ибо, обладая высоким ростом, молодой император редко находил кого-то, с кем можно было общаться, не смотря сверху вниз.
Франц Яковлевича Лефорт (1656 — 1699 гг.) - российский государственный и военный деятель, сподвижник Петра I. Его роль и влияние на царя трудно переоценить. Военачальник, советник, дипломат, он в решающей степени способствовал усвоению Петром западных идей и привычек. Дружба, связывавшая его с царём, была глубокой и искренней. При этом Лефорт подвергался многочисленным нападкам со стороны крайне консервативно настроенных кругов, которым не давала покоя стремительная и блестящая карьера этого иноземца, щедро осыпанного титулами и богатством. В Женеве есть улица, названная в честь Франца Лефорта. В Москве — целый район — Лефортово.
8. Лефортовский парк
Лефортовский (Головинский) парк был основан в 1703, и в дальнейшем стал главным прототипом для парков, проектируемых в Санкт-Петербурге. Изначально парк, открытый для жителей столицы, носил название "Версаль на Яузе", так как был построен по образцу известного версальского ансамбля. В этом парке глаза москвичей радовали великолепные фонтаны, ничуть не уступавшие знаменитым фонтанам Петергофа. Парк был разбит при дворце адмирала Ф.А. Головина, сподвижника царя Петра Алексеевича. В создании парка принимал участие и сам Пётр I, об этом возможно прочитать в табличке, расположенной на ротонде. В дальнейшем, в парке была расположена летняя резиденция Петра. Стоит отметить, что нынешняя территория Лефортово в те времена считалась спокойным направлением, здесь селилось много богатых людей, и Пётр мог собрать в резиденции много влиятельных гостей.
От первоначальной голландской планировки (а парк несколько раз перестраивался) в парке сохранились: липовая аллея, беседка-ротонда (восстановлена недавно), пять прудов, остатки террасы из красного кирпича, система проточных прудов и каналов, подпитываемых из речки Синички, балюстрада, скамейки и грот Ф.Б. Растрелли. Сейчас сложно поверить, что парк не уступал Петергофу. Но по уверениям московских властей, планируется восстановление первоначального облика, подождём, увидим. Главное, чтобы не перестарались.
В советские времена парк носил название Московского окружного дома офицеров. И по сей день в Лефортово много воинских частей, они словно продолжают начинания Петра I. Сам район был назван в честь сподвижника Петра Франца Яковлевича Лефорта, который участвовал в Крымских походах конца 1680-х гг. и в двух Азовских походах 1690-х гг. С 1692г. командовал первым Московским полком, получившим название Лефортова. Для Лефортова полка на правом берегу Яузы была построены Солдатская слобода, а район позже стал называться Лефортово
В 1999-2003 в парке проводились крупномасштабные археологические исследования, с помощью которых уточнили структуру парка: историческое расположение в нем дорожек, площадок, беседок и лестниц-спусков. В коллекции находок, собранных при исследовании парка, есть уникальные белокаменные резные архитектурные детали, украшавшие подпорную стенку у Анненгофского дворца «Анненгофскую кашкаду», которая являлась первым творением зодчества Ф.Б.Растрелли в России. Среди археологических находок: светильники, памятные и фирменные жетоны, свинцовые пули и дробь, каменные и чугунные ядра, монеты, медали.
Достопримечательности Лефортовского (Головинского) парка.
Грот Ф.Б.Растрелли - построен в 1731 году архитектором Ф.Б. Растрелли из кирпича с белокаменными колоннами, покрытыми резными украшениями. Расположена возле Крестового пруда. Первоначальный проект был выполнен Н. Бидлоо в начале 1720-х годов. В состав его элементов входили фонтаны, статуя Геркулеса и позолоченные сфинксы. Есть описание 1793 года, в котором про грот написано следующее: "Грот с фонтанами имел богатое скульптурное оформление. В центральной нише была поставлена каменная статуя Геркулеса, перед которой располагались три каменных тюленя с трубками для бьющей из них воды. По сторонам нижней площадки, выстланной белокаменными плитами, стояли два каменных сфинкса. На самой площадке, на деревянной раковине обложенной камнями находился фонтан с деревянным позолоченным троном. Около тритона располагалось 12 позолоченных дельфинов, из которых также била вода". Но до наших дней скульптуры не дошли, сейчас возможно увидеть только нижнюю часть кирпичного сооружения с белокаменными деталями, состоящее из эскадры, расчлененной 4-мя парами колонн и 3-ми полуциркульными нишами.
Беседка-Ротонда - построена в начале XX века, представляет из себя полукруглое сооружение с восьмю колоннами из серого гранита. Расположена на берегу пруда. На беседке выбита надпись «Памятник места отдохновения Императора Петра Великого сооружён в 1805 году. Сей памятник был разрушен ураганом 16-го июня 1904-го года и вновь заложен 26 августа того же года. Его Императорским Высочеством Великим Князем Константином Константиновичем и Его Августейшими сыновьями Князьями Иоанном, Гавриилом и Константином Константиновичами». Внутри беседка находится бюст императора. На постаменте, на котором расоложен бюст выбиты слова Петра: «Труды моего Миниха сделали меня здоровым. Я надеюсь некогда ехать вместе с ним водою из Петербурга в Москву и выйти на берег в Головинском саду». Эти слова были сказаны Петром I в ноябре 1724 года, в связи со строительством канала, который должен был соединить две российские столицы. Тогда Пётр приезжал в Дмитров, где кончался водный путь из Санкт-Петербурга в Москву.
Беседка своеобразная. Она хоть и закончена, но при взгляде на неё у меня возникает отчётливая ассоциация со зданием в разрезе.
Липовая аллея - сохранилась со времён первоначального облика парка. Прогуливаясь по ней, можно ощутить дух времени, передающийся от вековых лип.Пруд и каналы:Анненгофские пруды («Сапожок» и «Банный»)Головинский прудВосьмигранный прудКрестовый прудБольшой прудОвальный прудКаналы прямоугольного острова
В 1805 году в саду была установлена ротонда с памятником его - основателю Петру I, впоследствии разрушенная ураганом в 1904 году. Точная копия полукруглой беседки была восстановлена спустя несколько лет после бури.
9. Церковь Петра и Павла
Первое упоминание о храме 1613 год, как о храме св. Николая Чудотворца. 5 мая 1613 года храм был освящен в честь св. Николая Чудотворца при участии царя Михаила Федоровича Романова.  В 1696 году была осуществлена перестройка храма по инициативе полковника Франца Лефорта, осуществлена закладка деревянной церкви для солдат первого Московского  полка, освященная в честь первоверховных  Апостолов Петра и Павла. В 1711 году на месте деревянной церкви построен каменный храм, который  сохранился до наших дней. Церковь главная – во имя Первоверховных  Апостолов Петра и Павла и два придела:  во имя св. апостола Евангелиста Иоанна Богослова с правой стороны, и второй – преподобного Сергия Радонежского - с левой. Все здание храма увенчано 5-ю главами, сверх того, по одной главе над каждым из приделов. Колокольня к верху сужается шатром со сквозными просветами. На колокольне 8 колоколов. Петропаловский храм – один из немногих в Москве, где сохранились старые колокола.  Высота храма вместе с крестами 18 саженей или 38 метров. Храм освещается в два яруса. Снаружи храм имеет три входа, над западным входом – изображение Казанской иконы Божией Матери, над северным входом – иконы Печерской Божией Матери со свв. Антонием и Феодосием, над Южным входом – Владимирская икона Богоматери. В 1991 году был освящен небольшой крестильный храм Архангела Михаила, в 2000 году часовня с распятием Иисуса Христа. Ограда церкви каменная, с  железной решеткой. Весь храм помещен внутри ограды. Ограда взята под государственную охрану. На территории храма находится могила бывшего настоятеля церкви – протоиерея Анатолия Новикова и монахини Бабкиной А.И.
Разноречива информация  о времени возведения, освящения и перестройки каменного храма Петра и Павла. Например, все источники его закладку относят к 1698 году, когда  по инициативе Лефорта была построена деревянная церковь для солдат его полка, освященная в честь святых первоапостолов. Хотя на мемориальной доске, укрепленной при входе в храм, сказано, что это была церковь Воскресения Словущего при госпитале Лефортова полка, и лишь с 1711 г. - церковь святых первоапостолов Петра и Павла.
На чем основываются последние данные - установить не удалось. Возможно, произошла путаница, и авторы мемориальной доски отождествили первую церковь на территории Госпиталя (в 1705 г. освящена в честь Воскресения Словущего) с деревянным храмом Лефортова полка в начале его функционирования. Не исключено также, что какое-то время деревянная полковая церковь, воздвигнутая при Лефорте, выполняла роль госпитальной и даже имела наименование, которое затем перешло к последней.
Церковь Петра и Павла в Солдатской слободе
г. Москва, ул. Солдатская, д. 4 Храм построен во имя святого Николая чудотворца с пределами святых апостолов Петра и Павла и великомученицы Ирины в 1613 году и освящен 5 мая. При освящении присутствовал царь Михаил Федорович.
В конце XVII века храм под названием Воскресения Словущего числился при военном госпитале и находился в саду первого полковника первого московского полка Лефорта, который задумал перестроить и расширить его для своего полка и связать с именем Петра I. В 1696 году полковник Ф. Лефорт на свои средства перестроил храм.Храм был капитально перестроен в 1711 году на средства Петра I и освящен 1-го июня в честь святых апостолов Петра и Павла — о чем свидетельствует надпись на кресте храма. От первоначальной постройки сохранился кирпичный полихромный наличник на южном портале.
Главный престол — северный первоверховных апостолов Петра и Павла, с приделами св. апостола Иоанна Богослова, преподобного Сергия Радонежского и колокольней. Пострадал от урагана 1904 г.
Четырехугольный, пятиглавый, с однобокой трапезной и шатровой колокольней. Сохранились внутреннее убранство XVIII в., деревянный, барочный, позолоченный иконостас, ампирные иконостасы приделов. Храм не закрывался. Сохранились колокола.
Святыни: чудотворная Почаевская икона Божией Матери (перенесена в храм в 1930-х гг.), икона Божией Матери «Нерушимая Стена», образ великомученика Пантелеймона (привезен с Афона), мощи благоверного князя Михаила Тверского.
10. Старейший госпиталь
В Лефортово в 1707 Петр I создал первый в России военный госпиталь с хирургической школой, для которого в 1798—1802 архитектор И. В. Еготов построил каменное здание в классическом стиле (ныне Главный военный госпиталь им. Н. Н. Бурденко министерства обороны СССР).
Мысль о создании в Москве госпиталя для попечения о больных, раненых и увечных воинов возникла в период царствования Федора Алексеевича (1676-1682 гг.). Именно им было приказано устроить большой госпиталь, чтобы "больных лечить и врачев учить". Но этому повелению не было суждено сбыться по ряду обстоятельств. Лишь в царствование Петра I это решение было реализовано. 21.11. (2.12.) 1707 г. госпиталь в Москве, находившийся в ведении Монастырского приказа, принял первых пациентов. Но подготовка к созданию госпиталя началась заранее. Еще в 1706 г. указом от 25 мая (5 июня) Петр I повелевает построить в Москве, за рекою Яузою "гофшпиталь для лечения болящих людей. А у того лечения быть доктору Николаю Бидлоо, да двум лекарям: Андрею Рыбкину, а другому, кто прислан будет, да из иноземцев и из русских, изо всяких чинов людей, набрать для аптекарской науки 50 человек, а на строение и на покупку лекарств, и на всякие тому делу принадлежащие вещи, и доктору и лекарям и ученикам на жалование деньги держать в расходе из сборов Монастырскаго приказа". К сожалению, до настоящего времени полного текста данного указа с однозначной датировкой выявить не удалось. Он не включен ни в Полное собрание законов Российской империи, нет его и в наиболее полном опубликованном издании писем и бумаг Петра Великого. Но косвенные указания на наличие подобного указа царя Петра в 1706 г. встречается в ряде источников и материалов.
   Так, в фонде Монастырского приказа, хранящегося в РГАДА, в деле 1707 г. находится "Выпись в Монастырском приказе в доклад боярину И. А. Мусину-Пушкину", где есть изложение указа Петра I об основании госпиталя: "В прошлом 1706 г, великий государь и великий князь Петр Алексеевич всеа Великия и Малыя, и Белыя России самодержец указал по имянному своему великого государя указу построить за Яузою-рекою против Немецкой слободы в пристойном месте гошпиталь для лечения болящих людей.. .".
   В первом выпуске четвертого тома "Писем и бумагах Петра Великого" под N 1302 опубликован Указ об устройстве медицинской части в войсках, датированный июлем - августом 1706 г., в котором рассматриваются вопросы организации врачебной помощи в войсках, устройства лечебных заведений, подготовки лекарей и т.д. В примечании к этому документу, помещенному во втором выпуске этого же издания, есть следующее упоминание о строительстве госпиталя: "Основание первого военного госпиталя в Москве на Яузе относится к 1706 году". В работе русского историка П.П. Пекарского "Наука и литература в России при Петре Великом" цитируется написанное в 1712 г. прошение на имя Петра I основателя и первого руководителя госпиталя и лекарской школы при нем Николая Бидлоо: "Всемилостивейший государь! Вашему царскому величеству благоугодно явилось 1706 года всемилостивейше повелеть госпиталь при Яузе построить, который божиим благословением, попечением же его превосходительства графа Мусина Пушкина ноября в 21 день 1707 года в такое состояние привести, что оным в божие имя начало учинено и впервые несколько больных в том доме приведено... В сем госпитале благоволившие величество, чтоб я сего (т.е. русского) народа несколько младых людей, которые голландскаго и латынскаго языка искусны были, хирургии по основанию анатомическомуь научил, и больных посланных ко мне и иных увечных исцелял... Еще я более нежели единаго человека работу студентами... на себя принял, т.е. оных во анатомии, хирургии и во искусстве трав научити... Сей ваш указ, всемилостивейший государь, привел я к доброму концу, к вашего величества славе и к пользе бедным и увечным, И сей вашего царского величества высокой славы достойный таковыи госпиталь учредити, не токмо во всю Россию, но и во весь свет к вашей славе известен и в разных книгах о том учинится упоминание. И еще сей госпиталь построен и в добрый порядок приведен, и больные суть ко вящщему их удовольствию призрением вашего величества вспоможены, указы исправно исполнены и студенты искусни учинены".
Указ Петра I о создании в Москве военного госпиталя в мае 1706 года положил начало государственному больничному делу и медицинскомуобразованию в России, послужил началом естественнонаучного образования врачей из "природных россиян", заложил прочный фундамент отечественной медицинской науки.
   Благодаря царю-батюшке с этого самого периода началось отечественное, исключительно российское развитие медицины. А до того времени на Руси пользовали иностранных лекарей, выписывая их из-за границы, да пользовались услугами народной медицины в лице самоучек и всевозможных знахарей. Конечно, если иностранные светила только разводили руками, а русский банщик сажал императора Петра I в горячую купель, а потом нещадно хлестал веником, выгоняя тем самым камни из организма государева, то о чем тут толковать. Дремучей, в медицинском плане, была Россия по тем временам. Дремучей и необразованной. Не было собственных ученых лекарей в XVII и к началу XVIII веков.
   В заглавной статье "Московского листка" от 18 ноября 1907 года, о периоде, предшествующем созданию госпиталя, сказано так: "До этого времени не все на Руси - от холопа до думного боярина включительно - лечились только у знахарей, а наезжавшие временами иностранные врачи пользовались некоторым вниманием только при царском Дворе, да и тут к ним относились большей частью с недоверием и подозрительностью. Сознавая, что подобное отношение к заморским врачам явилось результатом не только недоверия темных масс к наукам, но и следствием иностранного происхождения врачей, Великий Петр решил возможно скорее создать свою русскую больницу, которая была бы не только местом врачевания, но и первой школой для русских врачей". [3]
   Благодарные потомки возвели на территории госпиталя замечательный памятник Петру I - основателю врачебного дела и медицинского образования в России.

Памятник возведен на средства меценатов - господ из города Солнцева (разве Солнцево не микрорайон столицы?) Михайлова С.А. и Аверина В.С.Честно говоря, очень бы хотелось, чтобы этот памятник был возведен на средства государства в благодарность Петру I за решение о строительстве госпиталя за "Яузою-рекою". Хотя, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят. И, тем не менее, каждый, кто останавливается у этого памятника, задается вопросом, а кто эти господа, пожертвовавшие личные средства на благое дело? Уж не тот ли это Михайлов С.А. , о котором так много некогда писали СМИ, причисляя его к солнцевской преступной группировке? Не знаю. Не знаком лично. Но увидев надпись на памятнике, тоже стандартно задал себе этот вопрос. Но искать ответа не стал. Сделали и сделали - спасибо за это. А государству, на мой взгляд, должно быть, по крайней мере, неудобно за то, что не оно в лице Министерства обороны, а меценаты Михайлов и Аверин из Солнцева отдают дань уважения прославленному госпиталю, помогая материально и сооружая памятники на его территории. Это была и есть прямая обязанность государства, на мой взгляд. Хотя, если посмотреть на памятник Петру I на стрелке Москвы-реки, возведенный по решению Правительства города Москвы, то лучше бы его не было. Родимое пятно города, уродующее его замечательную, неповторимую и самобытную красоту. Одно утешает - это Петр Великий, перед знаниями, военными подвигами и делами государственными его преклоняюсь, как и многие мои соотечественники.
Кроме того, на территории госпиталя я обнаружил еще два памятника императору: в здании, где располагается управление госпиталя, и в сквере, напротив госпитального храма, над гротом. Грот, кстати сказать, обветшал от времени и ждет реконструкции. Вероятно, как всегда, у госпиталя для этого нет средств, а меценаты появляются не так часто.
Николай Ламбертович Бидлоо - выпускник Лейденского университета, сын амстердамского врача, знаменитого анатома и хирурга Готфрида Бидлоо. В 1702 году он был приглашен в Россию, которая стала для него второй родиной. Здесь он прожил 33 года, заслужил благорасположение царя, стал архитектором, строителем и руководителем первого государственного лечебного учреждения и основоположником медицинского образования в России. Умер Н. Бидлоо в Москве в 1735 году.
   Николай Ламбертович Бидлоо, лейб-медик при императоре, действительно блестяще исполнил царскую волю. Изначально объединив   процессы лечения и обучения, он заложил основы отечественной клинической медицины, на которых и сегодня прочно держится все медицинское образование в нашей стране. С его именем связаны и первый в России анатомический театр, и первый ботанический аптекарский огород, и первый отечественный учебник по медицине.
   Госпитальная школа дала России первых отечественных лекарей, получивших образование на родине. Именно здесь в 1712 году Н. Л. Бидлоо выдал первые российские врачебные дипломы.
   Не случайно на территории госпиталя воздвигнут памятник этим удивительным людям, благодаря которым в России стала развиваться отечественная медицина и отечественное медицинское образование.

В стенах госпиталя в 1707 году впервые в России были созданы: анатомический театр, в котором Петр Великий "сам при разнятии мертвых тел многократно присутствовал"; аптекарский огород (ботанический сад) и госпитальная аптека, где преподавалась "материя медика", включающая изучение химии. Историки в этой связи считают госпиталь местом, где началось распространение химического образования в России.
   К каким только наукам государь Петр I приспособлен не был! Историк медицины Н. Куприянов писал: "Распространению медицины в нашем отечестве при Петре Великом много способствовала страсть этого монарха к анатомии и хирургии. ...В хирургии император приобрел многие познания и даже практический навык. Обыкновенно монарх носил при себе два набора: один с математическими, другой с хирургическими инструментами и до того любил хирургию, что под руководством Термонта методически вскрывал трупы, делал разрезы, пускал кровь, перевязывал раны и выдергивал зубы. Царь повелел доносить о каждой более интересной операции, произведенной в госпитале или частном доме. Монарх не только следил за операциями, но и сам их делал." 
   Вот так, не больше, не меньше: мертвые тела вскрывал, анатомию по ним изучал, операции на живых людях совершал, дабы облегчить страдания подданным. Воистину поражаешься масштабами такой личности, если еще учесть прилежное изучение других наук, повсеместное внедрение их в практику жизни отсталой и нищей России того времени.
   Именно в госпитале в 1710 году Н. Бидлоо был написан первый отечественный учебник по медицине - "Наставление для изучающих хирургию в анатомическом театре". Учебник написан на латыни. О научном и практическом содержании учебника можно судить по названиям некоторых разделов: "Об операциях на конечностях", "Об ампутации предплечья", "Об операциях и перевязывании переломов во всем теле", " О перевязывании и закреплении вывихнутых костей", "Об операциях извлечения" и др. В учебнике представлен также врачебный опыт, полученный в ходе Северной войны, которую Россия вела со Швецией за выход к Балтийскому морю.
   Госпиталь дал России первых отечественных лекарей с российскими дипломами о медицинском образовании, а также первых профессоров медицины К.И. Щепина, П.И. Погорецкого, К.О. Ягельского.
   Первый выпуск лекарей, получивших образование на родине - в медицинской школе Главного госпиталя, - состоялся в мае 1712 года и уже первые 4 выпускника: Степан Блаженев, Иван Беляев, Егор Жуков, Иван Орлов - в звании лекарей и подлекарей были направлены на Балтийский флот. [5]
   Так происходило становление российской государственной системы медицинского образования, совпавшее с зарождением отечественной системы подготовки военных врачей.
   Наилучшим свидетельством качества подготовки лекарей в медицинской школе госпиталя является письмо Николая Бидлоо Петру I: "Я лучших из сих студентов рекомендовать не стыжусь, ибо они не только имеют знание одной или другой болезни, которая на теле приключается и к чину хирурга надлежит, но и генеральное искусство о всех тех болезнях от главы даже до ног с подлинным обучением, как их лечить". 
   Характерную черту системы подготовки врачей в госпитальной школе отмечал выдающийся российский ученый Даниил Самойлович, служивший в госпитале лекарем. Он писал: "Кто может сказать, что это не самый удобный случай изучать медицину, если у нас каждый ученик, поступающий в госпиталь, должен ежедневно бывать у постели больных, пускать им кровь, делать перевязки, прописывать лекарства - словом исполнять все то, что и предписывается ему врачом или хирургом, наблюдающим за их лечением. Ученик должен тоже, в установленные часы, ежедневно бывать в классах, где ему преподаются основы теории. Не согласится ли всякий со мною, что лучше одновременно изучать теорию и практику, нежели одну теорию". 
   До 1710 года госпиталь являлся единственным в России государственным стационарным лечебным учреждением и до 1763 года (когда была открыта Павловская больница) был единственным лечебным учреждением Москвы.
   Только в 1733 году по образцу госпитальной медико-хирургической школы были созданы аналогичные школы при Петербургских сухопутном и адмиралтейском и при Крондштатском морском госпиталях.
   К слову сказать, к концу XVIII столетия Россия уже имела свою российскую Академию наук, два университета с медицинскими факультетами и две медико-хирургические академии, став в один ряд с передовыми просвещенными державами Европы.
   К 1737 году в госпитале было только одно каменное строение с домовой церковью Воскресения Христова. Кроме того, было три десятка деревянных "светлиц", расположившихся на берегу реки Яузы. В этих светлицах размещались: анатомический театр, палата алхимика, комиссариатская аптека, покои для студентов, ученическая, помещения для болящих. Рядом был разбит ботанический сад, где выращивались лекарственные растения. Главное здание завершалось восьмигранным деревянным куполом, увенчанным резной золоченой статуей "Милосердие".
   Контингент пациентов госпиталя был разным. В доношении Моностырского приказа в Канцелярию Правительствующего Сената (1710 г.)говорится, что "в том Гошпитале болящие драгуны и солдаты и иных разных чинов люди, которые присылались и присылаются для лечения из разных Канцелярий и Приказов; в лечении бывало непрестанно человек по сту и болше с прибавкою и с убавкою, да и со смотром служивого всякого чину люди в тот де Гошпиталь из разных Канцелярий присылаютца, и непрестанно ж больных осматривают". 
   По Указу Петра I от 23 сентября 1723 года в госпиталь стали переводить из прицерковных богоделен больных с психическими отклонениями. А 25мая 1756 года по Указу императрицы Елизаветы Петровны впервые в России были созданы "особливые покои" для душевнобольных.
   Первым из российских медицинских учреждений Московский госпиталь берет на себя ответственность за специальное размещение и лечение душевнобольных пациентов и становится родоначальником психиатрических заведений в России. С первого дня работы в психиатрических отделениях госпиталя были заложены, сохранялись и развивались принципы мягкого, гуманного отношения к пациентам. Не случайно душевнобольные пациенты были размещены именно в церковном корпусе: по традициям российского милосердия, уединенность строения и непосредственная близость храма способствовали исцелению и располагали израненные усталые души к покою.
   В 1755 году, госпиталь от Синода был передан в ведение Военной коллегии и стал именоваться Генеральным сухопутным московским госпиталем.
   С началом семилетней войны 1756-1763 годов к 1760 году, благодаря возведению деревянных флигелей и постройке архитектором Д.В. Ухтомскимдвухэтажного каменного корпуса - старейшего из зданий ансамбля, в котором ныне располагаются неврологические и психиатрические отделения,численность койкомест была доведена до 1000.
Заметную роль госпиталь сыграл и в Отечественной войне 1812 года. После генерального Бородинского сражения в самом Главном госпитале на лечении находилось более 2000 раненых и больных, а в филиале, развернутом в Головинском (ныне Екатерининском) дворце (там, где академия БТВ раньше размещалась, а нынче - филиал академии им. М.В. Фрунзе), более 7000. Когда после исторического военного совета в Филях было принято решение оставить Москву, практически всех этих раненых удалось эвакуировать.
   Всего во время Отечественной войны 1812 года госпиталь принял   свыше 17 тыс. раненых и больных.
   Как сказано в "Московском листке" от 18 ноября 1907 года, "в 1812 году московский госпиталь пережил французское пленение. Москва была сожжена, но госпиталь пощажен. Госпитальный район был занят французами. Соседняя приходская существующая доныне Петропавловская церковь была превращена французами в конюшню, но госпитальную деятельность они старались не прерывать". По-видимому, это явилось результатом впечатления, которое произвел Главный госпиталь на главного интенданта французской армии дивизионного генерала Дюма и главного хирурга армии Доминика Жана Ларрея. Так, генерал Дюма в своем докладе императору Наполеону I от 7 сентября 1812 года сообщал: "Большой военный госпиталь. ... Он прекрасно расположен и имеет кровати и оборудование всякого рода на 2000 больных. ... Этот госпиталь мог бы немедленно быть обращен на обслуживание армии". А один из основателей военно-полевой хирургии, Д.Ж. Ларрей, в своих мемуарах, изданных в Париже в 1817 году, писал так:"Большой военный госпиталь один из наилучше построенных, из самых обширных и самых прекрасных из всех, какие я когда-либо видел".
   В 1814 году решением Медицинского департамента Военного министерства (сменившего в 1812 году Медицинскую экспедицию Военного министерства) в Главном госпитале была создана военно-фельдшерская школа. Тем самым в его стенах была продолжена традиция подготовки медицинских кадров для армии и флота. Здесь же в 1814 году была создана первая в России операционная - "особые покои для чинения операций".
   Во время русско-японской войны 1904-1905 годов Главный госпиталь в очередной раз стал одним из основных центров оказания медицинской помощи. Всего за эти годы через него прошло около 55 тысяч больных и раненых, причем более 6000 было доставлено непосредственно с театра военных действий. За самоотверженный труд по их спасению медалями Красного Креста было награждено 116 сотрудников.
   200-летний юбилей госпиталя отмечался очень широко. Император Николай II за заслуги госпиталя перед Отечеством и отдавая дань его великому основателю Петру I, указом от 14 октября 1907 года присвоил ему наименование - "Московский генеральный императора Петра I военный госпиталь" с пожалованием на погоны персоналу вензеля "ПП" (Петр Первый). Особый статус госпиталя при этом подчеркивался определением"генеральный", встречающемуся в Русской армии только по отношению к генеральному штабу.
   Одним из наиболее ценных свидетельств, говорящих о вкладе Главного госпиталя в развитие отечественной медицины, является телеграмма, поступившая к юбилею из Московского университета: "Императорский Московский Университет приветствует Московский Военный Госпиталь - первую медицинскую школу в России. Создание Великого Петра, творение родоначальника русской медицинской науки Бидлоо, Московский Военный Госпиталь - старший собрат Московского Университета. Старейший русский университет шлет своему маститому предшественнику в области преподавания медицины горячий привет, сердечные пожелания дальнейшего развития и широкого процветания".
   Достойно выполнив миссию родоначальника российской клинической медицины, медицинской науки и образования, третье столетие своего существования Главный госпиталь встретил признанным лидером отечественной медицины. В этот период в его стенах работали такие известные ученые, как С.Я. Чистович, А.П. Крымов, А.Ф. Бердяев, В.В. Нефедов, А.Р. Злобин, Е.Н. Малютин, Е.К. Сепп, Ф.А. Андреев, В.Ф. Зеленин, В.И. Кедровский, Г.Д. Воскресенский.
   За годы Первой мировой войны медицинскую помощь в госпитале получили 376 тысяч больных и раненых.
   После Великой Октябрьской социалистической революции решением Исполкома Московского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов от 30 декабря 1918 года Московский генеральный императора Петра I военный госпиталь был переименован в Первый Коммунистический Красноармейский военный госпиталь, а уже в марте 1919 года в его стенах была открыта Государственная высшая медицинская школа, призванная готовить военных врачей для Красной армии. Первым ее ректором стал профессор Л.О. Даркшевич, проректором - профессор Е.К. Сепп, помощником ректора по учебной и научной части - профессор В.Ф. Зеленин. Всего было сформировано 26 кафедр. В 1923 году кафедр стало уже 27. 
   Кафедры Высшей медицинской школы возглавили такие известные специалисты, как профессор А.И. Крюков (судебная медицина), профессор В.Р. Брайцев, смененный впоследствии профессором П.П. Дьяконовым (топографическая анатомия и оперативная хирургия), профессор Д.А. Бурмин (терапия), профессор В.Ф. Зеленин (кардиология), профессор Н.Н. Теребинский (хирургия), профессор П.А. Герцен (хирургия), профессор Е.Н. Малютин (клиника болезней уха, горла и носа), профессор П.А. Павлов (кожные и венерические болезни), Е.К. Сепп (нервные болезни), Ф.А. Андреев (инфекционные болезни), профессор Ю.В. Снегирев (акушерство и гинекология), профессор Г.Е. Владимиров (детские болезни), профессор Г.Д. Воскресенский, смененный профессором Р.М. Фронштейном (урология), профессор Д.М. Российский (фармакология и фармация), профессор И.А. Кричевский (микробиология), профессор Г.П. Сахаров (общая патология), профессор Л.О. Говсеев (стоматология).
   Согласно указанию Главного военно-санитарного управления весь профессорско-преподавательский состав школы был обязан вести лечебную работу в госпитале наравне с госпитальными врачами. В свою очередь, многие из госпитальных врачей по совместительству преподавали в Высшей медицинской школе.
   В 1924 году, осуществив 5 выпусков военных врачей, Государственная высшая медицинская школа была слита со 2-м Московским медицинским институтом.
   Уже на 4-й день Великой Отечественной войны в госпиталь начали поступать раненые. Всего за годы войны в Главном госпитале прошли лечение более 74 тысяч раненых и больных, 82 % которых были возвращены в строй.
   В 1946 году госпиталю было присвоено имя Н.Н. Бурденко.
   Госпиталь по праву гордится тем, что в его стенах с 1738 по 1755 год работал Лаврентий Лаврентьевич Блюментрост - создатель Российской академии наук и первый ее президент, а с 1934 по 1944 год - Николай Нилович Бурденко - один из создателей Академии медицинских наук СССР и первый ее президент.
   За прошедшие три столетия в Главном госпитале работали десятки выдающихся ученых: Н. Л. Бидлоо, Л. Л. Блюментрост, И. Ф. Эразмус, К. И. Щепин, А. Ф. Шафонский, Д. С. Самойлович, Е. О. Мухин, А. М. Шумлянский, Ф. А. Гильтебрандт, М. Я. Мудров, Х. И. Лодер, А. И. Овер, В. В. Пеликан, И. Е. Дядьковский, В. А. Басов, Н. И. Пирогов, О. И. Рудинский, И. Т. Глебов, Н. В. Склифосовский, П. Ф. Петерман, С. Я. Чистович, А. П. Крымов, А. Ф. Бердяев, В. В. Нефедов, Л. О. Даркшевич, В. Ф. Зеленин, З. П. Соловьев, П. А. Герцен, В. Н. Розанов, Р. М. Фронштейн, Е. К. Сепп, Л. И. Фогельсон, М. М. Дитерихс, С. С. Юдин, Н. С. Молчанов, Н. Н. Бурденко, Г. Ф. Ланг, В. Н. Шамов, В. С. Левит, Н. А. Богораз, Ф. Ф. Березкин, М. И. Теодори, Г. К. Алексеев, принесших славу отечественной медицине.
   За прошедшие века слава госпиталя приумножалась каждым новым поколением военных медиков, работавших в его стенах. Строились новые корпуса, открывались кабинеты и отделения, создавались новые службы, совершенствовалось медицинское оснащение.
   Госпиталь многократно менял свое название, но одно в нем оставалось неизменным - высокий профессионализм врачей и медицинских сестер, фельдшеров и лаборантов.
   В настоящее время Главный госпиталь - это крупнейшее многопрофильное лечебное учреждение, оснащенное по самому последнему слову техники и оказывающее практически все виды специализированной помощи. В нем ежегодно лечатся более 20 тысяч больных и раненых.
   В госпитале развернуто 116 лечебно-диагностических отделений и лабораторий, из них 70 - специализированных коечных. В госпитале созданы15 крупных объединений - это такие центры, как кардиологический; сердечно-сосудистой хирургии; интервенционной кардиологии; травматологический; нейрохирургический; урологический; гематологический; психиатрический, анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии; функционально-диагностических исследований; клинической лабораторной диагностики; фармацевтический; медицинской техники; научно-методический; информационно-вычислительный. Кроме того, госпиталь располагает лечебно-диагностической поликлиникой, станцией заготовки и переливания крови и созданной на базе самолета Ил-76мд летающей операционной-реанимационной лабораторией "Скальпель". 
   На клинической базе госпиталя развернуты и функционируют медицинское училище, интернатура и 10 кафедр Государственного института усовершенствования врачей Министерства обороны России, 30-40 % профессорско-преподавательского состава которых составляют сотрудники ГВКГ имени Н.Н. Бурденко. Кроме того, в стенах госпиталя развернуты 2 кафедры (военно-полевой терапии и военно-полевой хирургии) Московской медицинской академии имени И.М. Сеченова, 100 % профессорско-преподавательского состава которых также составляют сотрудники Главного госпиталя.
   В канун своего 300-летия коллектив госпиталя был удостоен высшей российской общественной награды - знаком ордена Св. Александра Невского "За труды и Отечество".
   За триста лет в госпитале пролечились почти 4 млн человек. И сегодня он по заключению экспертов ведущих страховых компаний занимает первое место по уровню профессионализма сотрудников среди 160 лучших медицинских учреждений Москвы и Петербурга. 
   Госпиталь является не только памятником истории медицины, но и памятником архитектуры. Постановлением Совета Министров РСФСР N 1327 от 30.08.1960 г. основные исторические здания госпиталя XVIII - середины XIX вв. были признаны памятниками республиканского значения и поставлены на государственную охрану. К их числу отнесены: корпус на набережной, построенный в камне в 1757 году по распоряжению Императрицы Елизаветы Петровны архитекторами И. Мичуриным и Д. Ухтомским на месте первоначального деревянного здания госпиталя, построенного по проекту, утвержденному в 1706 году Петром I; а также построенные по распоряжению Императора Павла I главный корпус (архитектор И.В. Еготов, 1802 г.) и три каменных лечебных корпуса (архитекторы М. Шестаков и И. Горлицын, 1802г.). [3]
   Госпиталь дал свое имя целому комплексу градостроительных объектов Москвы, окружающих его: Госпитальной улице, Госпитальной площади,Госпитальному валу, Госпитальной набережной и Госпитальному мосту, до середины XVIII века являвшемуся собственностью Госпиталя. 
   Весной 1797, в дни своей коронации, госпиталь посетил император Павел I, повелевший осуществить постройку новых каменных корпусов. Возведение этих корпусов, построенных по проекту Ивана Васильевича Еготова - ученика великих русских зодчих Баженова и Казакова, было завершено в 1801 году. Это позволило расширить госпиталь до 1280 коек.
В настоящее время эти корпуса, соединенные вместе по велению императора Александра I (посетившего госпиталь в 1823 году) в виде большой буквы "П" в память об основателе госпиталя Петре I и своем отце - втором строителе госпиталя Павле I являются визитной карточкой Главного госпиталя и относятся к числу наиболее значительных архитектурных памятников Москвы.
  
Совершим прогулку по территории госпиталя. Сразу, около центрального КПП, располагается длинное здание - лечебный корпус N 1, удачно вписанный в рельеф местности архитекторами И.В. Еготовым, Ф. Шестаковым и И. Горлицыным. Этот корпус построен в 1806-1832 г.г. Корпус и до сегодняшнего дня сохранил свой первоначальный облик. Тянется вниз под уклон почти до самой реки Яузы. Является памятником архитектуры и состоит под охраной государства. Всемирно известный хирург Николай Иванович Пирогов неоднократно бывал в Главном госпитале в 1847-1849 годах. Здесь он обучал госпитальных врачей технике выполнения операций под наркозом хлороформом, эфиром и бензином, применяя при этом сконструированные им маску для эфирования дыханием и прибор для введения эфира в прямую кишку. В Главном госпитале лично Н.И. Пироговым было выполнено 2 операции - отнятия голени и удаления камня мочевого пузыря. Еще 11 операций под его руководством было выполнено врачами госпиталя.
   Н.И. Пирогов является также и основоположником сестринского дела, поскольку впервые в мире именно он во время Крымской войны (1853-1856)в осажденном Севастополе в январе-феврале 1855 года для ухода за больными и ранеными сформировал из присланных сестер милосердия и местных жительниц сестринские бригады.
   Уже в 1860 году, поддерживая начинание Н.И. Пирогова, главный врач госпиталя (1857-1860) Антип Федорович Пальцев подал ходатайство о введении сестер милосердия в штат. Главный госпиталь стал одним из первых стационарных лечебных учреждений, где было разрешено в пробном порядке допустить сестер милосердия к уходу за больными. О том, какой успех имело это начинание, свидетельствует тот факт, что 14 ноября 1871 годавоенный министр утвердил "Правила для сестер милосердия, назначенных для работы в военных госпиталях".
Из внутреннего дворика наш путь лежит к госпитальному храму святых Первоверховных апостолов Петра и Павла.
   Он располагается в самом центре неврологического корпуса на первом этаже.
Алтарная часть храма
Купол церкви посередине неврологического корпуса
Честно сказать, это хорошее дело - возрождение Храма при госпитале им. Н.Н. Бурденко. У госпиталя с Православной Церковью издавна были замечательные отношения. Достаточно сказать, что деньги на первую постройку госпиталя были отпущены Монастырским приказом, и далее почти полвека Московский госпиталь состоял на содержании именно духовного ведомства, управляющего делами Православной Церкви.
   Изначально (1707 г.) в госпитале была своя домовая церковь. Она располагалась в центральной части деревянного двухэтажного госпитального здания голландского стиля, над кровлей которого была поставлена золоченая статуя "Милосердие" (выше об этой статуе уже упоминалось). Церковьбыла освящена в честь Обновления храма Воскресения Христова. С первого дня в храме началась ежедневная пастырская работа госпитального священника.
   24 декабря 1735 года "по высочайшему повелению" царствующей императрицы Анны Иоанновны был опубликован "Генеральный регламент о гофшпиталях". П.8 регламента гласит: "Во всяком госпитале надлежит иметь церковь и одного священника, который будет отправлять службу Божию, утешать и исповедовать и причащать больных и в прочем во всем исправлять их". Так кратко и емко описывались основные обязанности священнослужителя, все направленные в помощь врачам.
   29 мая 1737 г. почти все деревянные здания Москвы были унесены огнем огромного пожара. Сгорело и здание госпиталя с церковью, но уже в 1739 г. госпиталь был отстроен заново. По окончании постройки коллегия экономии доносит в "Высочайший кабинет", в частности, о том, что "куплено в церковь всякой церковной утвари на 50 рублей", и вскоре восстановленный госпиталь получает возможность продолжить работу, и снова звучит над госпитальным парком звон колоколов.
   "Опись Московской гофшпитали" от 13 августа 1739 года позволяет сделать вывод о том, что в то время в госпитальном храме не толькопроходили службы, исповедь, причащение святых животворящих таин, но и совершались венчание, крещение и отпевание. "Усердный госпитальный священник хорошо знал каждую палату и состояние каждого больного". Присутствие священника и регулярное проведение церковных служб являлись в то время необходимым и естественным условием протекания лечебного процесса, поэтому церковь в Московском госпитале, помогая решать общие задачи, всегда находилась под опекой командования. Смотритель госпиталя, помимо решения обширных хозяйственных задач и контроля за личным составом, обязан был выполнять следующее: "П.10. Которые больные будут весьма трудны, об оных наипуще Вам иметь смотрение и призрение в содержании пищею и питием и хорошим присмотром в свое время и того наблюдать, дабы каждый без покаяния и приобщения Святых Животворящих Таин умереть не мог, а по кончине их по христианскому закону погребать и для таковых трудно больных и исправления церковной службы обретающемуся в гошпитале Священнику от того гошпиталя быть неотходну и без воли Вашей никуда ни на малое время отлучаться запретить". 
   В конце 1763 г. в госпитале опять случился пожар, уничтоживший правую половину госпиталя, церковь сгорела.
   В 1797 г. император Павел I утвердил планы новых каменных корпусов (выше об этом упоминалось). П.2 сметы, представленной начальником госпиталя лично императору, гласит, в частности: "На поправку церкви в старом каменном корпусе и для помещения больных на 160 человек, 30000 р.".
   20 ноября 1801 года во вновь отстроенном церковном корпусе "на основании высочайшего повеления императора Александра I престол самой старинной церкви госпиталя был переосвящен во имя первоверховных апостолов Петра и Павла". [6]
   После окончания Отечественной войны 1812 года строительные работы начали производиться сразу же после ухода захватчиков в обстановке огромной загруженности госпиталя ранеными и больными. В 1818 - 1830 гг. на территории госпиталя были восстановлены каменные корпуса и вновь построен целый комплекс зданий по проектам архитекторов И. Горлицина, Овчинникова и Ф.М. Шестакова, среди них - каменная часовня для отпевания умерших православных больных, cохранившаяся в первозданном виде до настоящего времени.
Смотритель госпиталя, помимо решения обширных хозяйственных задач и контроля за личным составом, обязан был выполнять следующее: "П.10. Которые больные будут весьма трудны, об оных наипуще Вам иметь смотрение и призрение в содержании пищею и питием и хорошим присмотром в свое время и того наблюдать, дабы каждый без покаяния и приобщения Святых Животворящих Таин умереть не мог, а по кончине их по христианскому закону погребать и для таковых трудно больных и исправления церковной службы обретающемуся в гошпитале Священнику от того гошпиталя быть неотходну и без воли Вашей никуда ни на малое время отлучаться запретить". 
   В период и по окончании русско-турецкой войны 1877-1878 г.г. госпиталь был заполнен ранеными воинами, исполнившими свой ратный долг. Как указывают источники, священники одного храма не могли уже обеспечить полноты духовного окормления и в 1880 г. "чинами госпиталя ..." в главном корпусе ... была выстроена церковь во имя Божией Матери Всех Скорбящих Радости, престол ее был освящен 3 ноября 1880 г. В настоящее время в помещении храма во имя иконы Божией Матери Всех Скорбящих Радости находится физиотерапевтическое отделение госпиталя.
   В 1880 году на Введенских горах была построена еще одна деревянная церковь "Во имя Святителей Московских Петра, Алексия, Ионы и Филиппа". Священники этой церкви оказывали духовную помощь большому количеству больных, находившихся на лечении в зданиях госпиталя на Введенских горах. К сожалению, в архивах не сохранилось ни одного изображения этого храма. В настоящее время на месте церкви находятся корпуса жилого дома по улице Госпитальный Вал, дом 5.
   В январе 1919 года служение во всех госпитальных домовых церквях было прекращено, с куполов сняты кресты. Возродились молебны только в 1996 году в помещении старейшего храма во имя Первоверховных святых апостолов Петра и Павла в неврологическом корпусе. Молебны проводились силами священников храма Первоверховных апостолов Петра и Павла на Солдатской улице. С тех пор Храм для посещения открыт ежедневно.
В 1997 году Московским Патриархатом в госпиталь настоятелем возрождаемого храма был назначен священник - иерей Сергий Волков, в прошлом - врач-хирург, выбравший духовное служение. Благодаря стараниям отца Сергия и усердной молитве всех прихожан, в 2002 году в храме состоялась первая за 70 лет Божественная литургия. После долгого молчания под старинными сводами вновь зазвучало православное слово помощи и утешения.
   24 октября 2006 года в госпитале был совершен чин освящения закладного камня нового отдельно стоящего храма в честь иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость". Храм будет возведен в центре старинного госпитального парка, где в годы Первой мировой войны находились тысячи тяжелораненых, ожидавших оказания медицинской помощи. В 2007 году был сооружен фундамент храма.
http://samlib.ru/r/rublew_a_d/voenngospit.shtml
11. Екатерининский Дворец
Екатерининский дворец в Москве (также известный под названиями Головинский дворец и Екатерининские казармы) представляет собой дворцово-парковый комплекс, построенный для Екатерины II на месте императорского дворца Анненгоф, расположен в районе Лефортово Юго-восточного административного округа столицы по адресу: 1-й Краснокурсантский проезд, дом 3/5.
В начале ХVIII века на этом месте располагалась усадьба адмирала Ф.А. Головина, который и возвёл на левом берегу Яузы дворец с регулярным голландским парком. В 1722 году усадьба у наследников Головина была приобретена в казну. Тогда на её территории для императрицы Анны были выстроены деревянные дворцы Анненгоф по проекту Ф.Б. Растрелли. В 1760-х годах деревянные здания разобрали, а на их месте в 1770-х годах было начато строительство нового дворца для Екатерины II по проекту, выполненному А. Ринальди (упоминается также имя П. В. Макулова). Затем к строительству был подключен архитектор К. И. Бланк, который и завершил первый этап строительства в конце 1781 года. А в феврале 1782 года императрица передала строительство архитектору Д. Кваренги, поручив ему внутреннее убранство и фасад здания, который он и декорировал с помощью протяженных колоннад большого ордера. На окончательном этапе в строительстве также принимал участие Ф. Кампорези.
В 1771 году для соединения Екатерининского дворца с Лефортовским дворцом был построен Дворцовый мост (ныне Лефортовский).
После смерти Екатерины II, 1796 году, по желанию Павла I Екатерининский дворец в Москве был превращен в казармы Московского гарнизонного полка.
Павлу I дворец не нравился и сразу после смерти императрицы в 1796 году был превращен в казармы Московского гарнизонного полка. Отделка парадных помещений, в том числе тронного зала, была значительно упрощена; перед зданием был устроен плац.
В Отечественную войну 1812 года Екатерининский дворец в Москве был разрушен французами, а восстановлен лишь в 1823 году под надзором директора Смоленского кадетского корпуса, генерал-майора П. С. Ушакова (который в это время оставался в Костроме). Здание было вновь отделано внутри по проекту О. И. Бове. После ремонта здесь был размещен Смоленский кадетский корпус, который затем был переименован в Московский кадетский корпус (с 1838 года Первый Московский кадетский корпус). В 1828 году с севера к Екатерининскому дворцу в Москве было пристроено новое здание, в котором с 1849 года разместился 2-й Кадетский корпус. Позже в служебных корпусах дворца, так называемых «Красных казармах», находилось Алексеевское военное училище. С 1937 в здании располагалась Военная академия бронетанковых войск.
Во время октябрьского восстания 1917 года в Москве велись бои в течение шести дней. Полковник В. Ф. Рар организовал оборону казарм 1-го кадетского корпуса в Лефортово силами кадетов старших классов. Когда к осаде подключилась артиллерия большевиков, он под свою ответственность распустил кадетов (часть пленных была потом расстреляна красными на территории соседних Лефортовских казарм).
В настоящее время здесь находится Общевойсковая академия Вооружённых Сил Российской Федерации.
Комплекс с его протяжёнными фасадами насыщенного красного цвета и внутренними дворами представляет собой одно из наиболее значительных сооружений русского классицизма.
Кваренги предложил сделать акцент на центральных частях фасадов с помощью протяженных колоннад большого ордера. Так, сохранившаяся лоджия уличного фасада включает портик из 16 колонн тёмного «дикого камня» (серого песчаника). Антаблемент ордера Кваренги продолжил по периметру всего дворца.
12. Памятники истории Мужества.
1-й Краснокурсантский проезд. СКВЕР.
Памятник открыт 10 октября 2007 года президентами России и Франции в память о французском истребительном авиационном полке «Нормандия-Неман», воевавшем на стороне Советского Союза на советско-германском фронте в 1943−1945 годах.
В состав эскадрильи входили 72 французских добровольца и 17 советских авиамехаников. Свое название авиаполк получил в честь французской провинции, которая больше других пострадала от немецкой оккупации.
Полк принимал участие в Курской битве в 1943 году, Белорусской операции в 1944 году, в боях по разгрому немецких войск в Восточной Пруссии в 1945 году. Боевая слава полка разнеслась по всему миру.
За образцовое выполнение боевых заданий Советское командование наградило полк орденами Красного Знамени и Александра Невского. Советскими боевыми наградами были награждены 96 французских лётчиков, проходивших службу в полку.
Монумент создан в честь 65-летия с момента формирования 18-го гвардейского Витебского дважды Краснознаменного орденов Суворова и Почетного легиона коалиционного авиаполка "Нормандия-Неман".
Лефортово выбрано не случайно: на Введенском кладбище были когда-то похоронены французские авиаторы, погибшие на фронтах Великой Отечественной войны. И хотя в 50-60-е годы прошлого века их останки перевезли на родину, мемориальные надгробья на кладбище сохранились до сих пор.
Советско-французское соглашение о формировании на территории СССР французской авиационной эскадрильи было подписано 25 ноября 1942 года, а уже в следующем году, 5 июля, на базе эскадрильи был сформирован 1-й истребительный авиаполк. Он принимал участие в Курской битве в 1943 году, в Белорусской операции в 1944 году, в боях по разгрому фашистских войск в Восточной Пруссии в 1945 году. За время боевых действий на советско-германском фронте летчики совершили более 5 тысяч боевых вылетов, провели около 900 воздушных боев, сбили более 270 немецких самолетов.
"Памятник в честь легендарного летного подразделения, автор которого скульптор Виктор Суровцев, был открыт 22 сентября прошлого года в пригороде Парижа Ле Бурже. В церемонии приняли участие президенты двух стран Владимир Путин и Жак Ширак. Теперь пришло время российской столицы воплотить в камне нашу память о героях", - отмечает служба информации Военно-воздушных сил. Кроме того, в школе №776 Рязанского района появится Центр французской культуры, а в школе №1209 в Кузьминках - музейная комната в честь авиаполка.
Краснокурсантский проезд получил современное название 12 августа 1924 года, до этого назывался Пе́рвый прое́зд Каде́тского Пла́ца. Оба названия были даны по прилеганию проезда к Краснокурсантской площади, ранее носившей название Кадетский Плац.
Воинам внутренних войск памятник
Памятник расположен в Краснокурсантском сквере на 1-м Краснокурсантском проезде, напротив Центрального музея внутренних войск (Красноказарменная улица, 9А).
Памятник воинам сооружен в Лефортовском сквере столицы 10 ноября 2002г.  Художественно - архитектурное проектирование памятника будет выполнено студией художников имени В.В. Верещагина МВД РФ. Монумент решен в виде 9-метровой гранитной стелы и скульптурного изображения Скорбящей Матери. Так увековечена память о всех поколениях солдат правопорядка, погибших при исполнении воинского долга.
В честь заслуг внутренних войск МВД России перед Отечеством в 1996 году Указом Президента РФ был установлен День внутренних войск Российской Федерации. По исторической традиции он празднуется 27 марта.
До начала XIX века в России не было специальных вооруженных формирований, которые следили за общественным порядком, обеспечивали безопасность населения и оказывали помощь в случае стихийных бедствий. В XVI-XVII веках часть этих функций выполняли подразделения стрелецкого войска. А при Иване Грозном для "охранения тишины и спокойствия Москвы" был введен институт так называемых "жильцов" - войско, состоявшее из служивых дворян, которое впоследствии и стали считать прообразом внутренних войск.
При Петре I внутреннюю безопасность в государстве обеспечивали гарнизонные и (или) внутренние батальоны, которые формировались из неспособных к полевой службе солдат и являлись резервом полевых войск.
27 марта 1811 года император Александр I подписал указ о формировании в российских городах батальонов внутренней стражи. С тех пор минуло без малого два века, но эти подразделения до сих пор продолжают выполнять важнейшие задачи по сохранению территориальной целостности страны, активно участвуют в поддержании общественного порядка, охране особо важных государственных объектов и грузов, борьбе с преступностью, терроризмом и экстремизмом.
В советское время внутренние войска не раз реорганизовывались, управлявшее ими ведомство меняло названия: ГПУ, ОГПУ, НКВД, МГБ, МВД. Но всегда воины продолжали нести привычную службу: и в гражданскую войну, и во время инцидентов на озере Хасан и реке Халхин-Гол, и в советско-финляндской, и, конечно, в Великой Отечественной войнах. В мирное время военнослужащие внутренних войск выполняют важнейшие задачи по сохранению территориальной целостности страны, активно участвуют в поддержании общественного порядка, охране особо важных государственных объектов и грузов, борьбе с преступностью, терроризмом и экстремизмом.
В истории внутренних войск немало примеров, свидетельствующих о мужестве, отваге, героизме, беспредельной преданности солдат правопорядка своему Отечеству. И это не просто слова - за период с декабря 1994 года по настоящее время более 24 тысяч военнослужащих войск награждены государственными наградами, а 70 присвоено высокое звание Героя Российской Федерации.
Внутренние войска МВД заслуженно считаются элитными. Высочайшая боевая готовность стала одной из отличительных черт, своеобразной визитной карточкой подразделений. Контртеррористическая операция на Северном Кавказе - яркое тому подтверждение. Всегда, когда требовалась и требуется особая боевая выучка, самоотверженность и мужество, на передний край выдвигаются части и соединения внутренних войск. Народ, страна всегда высоко ценили подвиги военнослужащих: сотни удостоены званий Героев Советского Союза и России, тысячи награждены орденами и медалями.
Трудно переоценить их вклад в обеспечение законности и правопорядка, надежной охраны и обороны ядерно-оружейного и энергетического комплекса, специальных грузов, предупреждение террористических актов, создание условий для стабильного развития, общества. И яркий тому пример - выполнение воинского долга на Северном Кавказе, где наши земляки в тяжелейших условиях демонстрируют высокий профессионализм и отличную выучку, проявляют самоотверженность и героизм.
Внутренние Войска после 1917 года
После 1917 года После революции, в 1918 году, приказом Народного комиссариата внутренних дел конвойная стража была реорганизована на новых принципах, а годом позже Совет рабочей и крестьянской обороны принял постановление об объединении всех войск вспомогательного назначения, существовавших при некоторых ведомствах, и создании войск внутренней охраны Республики. Впоследствии войска ВОХР-ВНУС-ВЧК-ОГПУ-НКВД неоднократно реорганизовывались, но их задачи оставались прежними - защита населения от любой угрозы, в том числе и внешней. Так было и в гражданскую войну, и во время инцидентов на озере Хасан и реке Халхин-Гол, и в советско-финляндской войне.
В драматические 30-е годы лучшие командные кадры были репрессированы, став жертвой сфабрикованных дел о мифическом «заговоре в войсках НКВД».
В Великой Отечественной войне соединения и части войск НКВД сражались с врагом в приграничных районах, защищали Москву и Ленинград, Брестскую крепость, Киев, Одессу, Воронеж, Сталинград, обороняли Северный Кавказ, вели тяжелые бои на Курской дуге. Всего за годы войны в сражениях приняло участие 53 дивизии и 20 бригад войск НКВД. 18 воинских частей награждены орденами или удостоены почетных наименований. В борьбе с врагом отдали свои жизни 97700 военнослужащих войск. За мужество и героизм, проявленные в боях за Родину, свыше 100 тыс. бойцов и командиров награждены государственными наградами, 295 воспитанников внутренних войск стали Героями Советского Союза, а генерал-майор А.И. Родимцев, генерал-майор И.И. Фесин и майор В.М. Голубев удостоены этого высокого звания дважды.
Славные боевые традиции внутренних войск унаследовали новые поколения военнослужащих в послевоенный период. Внутренним войскам дополнительно было поручено охранять научно-исследовательские учреждения, предприятия атомной промышленности и ракетостроения. Выполняя задачи по охране общественного порядка, важных государственных объектов, исправительно-трудовых учреждений, по конвоированию осужденных, личный состав воинских частей и подразделений проявил воинское мастерство, бдительность и смелость. За самоотверженность и мужество при выполнении воинского долга в списки частей навечно зачислены 48 солдат, сержантов, прапорщиков и офицеров.
В мирное время солдаты правопорядка защищают население от природных и техногенных катастроф. Войска участвовали в ликвидации последствий аварий на комбинате "Маяк" в 1957 году, на Чернобыльской АЭС в 1986 году. В числе первых были переброшены в разрушенный землетрясением Спитак. В Нагорном Карабахе, Фергане, Северной Осетии и Ингушетии, в других горячих точках воины пресекали столкновения противоборствующих сторон, разоружали бандитов, охраняли беженцев.
Военнослужащие внутренних войск добросовестно выполнили поставленные Президентом России задачи по урегулированию чеченского кризиса в 1994-1996 гг. Участвуя с 1999 г. в контртеррористических операциях на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации, более 11 тыс. офицеров, прапорщиков, сержантов и солдат удостоены государственных наград.
Сегодня в войсках 74 военнослужащему присвоено звание Героя Российской Федерации, из них - 50 посмертно.
Признанием заслуг внутренних войск МВД России в защите прав и свобод человека и гражданина от преступных и иных противоправных посягательств Указом Президента РФ №394 от 19 марта 1996 г. установлен День внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации. По исторической традиции он празднуется ежегодно 27 марта.
Ныне солдаты правопорядка принимают участие в охране общественного порядка на улицах и других территориях городов и населенных пунктов субъектов Российской Федерации. Под охраной внутренних войск находятся важные государственные объекты, в том числе предприятия ядерной энергетики. Присутствие солдат правопорядка в Южном административном округе Северо-Кавказском региона остается одним из главных стабилизирующих факторов на юге России.
Направленность, содержание и характер проводимых преобразований в стране, в том числе и в области обеспечения внутренней безопасности Российской Федерации, потребовали качественного повышения эффективности функционирования всей системы МВД России, и ее составной части - внутренних войск по обеспечению безопасности населения, защите всех форм собственности, предупреждению и пресечению преступных проявлений, политического экстремизма и терроризма, поддержанию общественного порядка и эффективному решению служебно-боевых задач в регионах межнациональных конфликтов. Именно этим продиктована и определяется необходимость приведения внутренних войск МВД России в состояние, соответствующее потребностям обеспечения внутренней безопасности Российской Федерации и поддержание в готовности, обеспечивающей полное выполнение поставленных задач.
Сегодня войска развиваются по пути оптимизации состава и численности, совершенствования боевого применения, разработки и внедрения новых программ обучения военнослужащих, осуществления мероприятий по совершенствованию системы воспитания личного состава, всестороннего совершенствования боевого, технического и тылового обеспечения деятельности соединений и воинских частей. Дальнейшее развитие внутренних войск предусматривает повышение их роли в борьбе с преступностью и охране правопорядка в стране.
Президент РФ Путин В.В. на расширенной Коллегии МВД РФ, состоявшейся в феврале 2003 г., отметил боевую работу внутренних войск, особенно их спецподразделений, в связи с выполнением задач по борьбе с терроризмом и укреплением системы органов власти в Чеченской Республике. До 2004 г. во внутренних войсках предусмотрено создать силы специального назначения как самостоятельный компонент внутренних войск, предназначенный для усиления борьбы с организованной преступностью в федеральных округах, выполнения задач на территории Северо-Кавказского региона РФ.
21 февраля 2002 г. на Соборной площади Московского Кремля Президент России Владимир Путин в торжественной обстановке вручил главнокомандующему внутренними войсками генералу армии Вячеславу Тихомирову Знамя внутренних войск МВД России. Знамя внутренних войск - символ успехов, которые достигнуты внутренними войсками за их почти двухсотлетнюю историю. Оно будет способствовать дальнейшему росту авторитета войск правопорядка, поддерживать военнослужащих в их стремлении с высокими результатами выполнять поставленные задачи.
Введенские холмы
Введенская горка (Лефортовский холм)
В »Описании императорского столичного города Москвы» (1782) упоминается «слобода Семеновская с Введенскими горами, где часть главной госпитали стоит».  На этой улице (Госпитальной, как нетрудно догадаться) сохранилась церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы.
Сейчас: Расположен на левом берегу реки Яузы. Холм не поддался векам: подъем на него ощущается на улице Госпитальный Вал.
Находится за пределами Садового кольца, он же - Введенские горы. Они поднимаются над берегами Яузы и Синички, упрятанной, как Неглинка, в трубу. 1-я и 2-я Синичкины улицы напоминают о подземном притоке Яузы. Еще одна улица на холме - Самокатная - названа в честь батальона самокатчиков-велосипедистов, бравших власть в 1917 году. На этой улице сохранилась церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы. На холме за оградой утопает в зелени Введенское (Немецкое) кладбище.
В его земле покоятся знаменитый доктор Гааз, Патрик Гордон, генерал и адмирал Петра, многие "немцы", служившие царям. В их числе упомянутый профессор Фишер фон Вальгейм и русские люди, бывшие с иностранцами в родстве и без родства, как художник Виктор Васнецов, архитектор Константин Мельников, актриса Алла Тарасова.
Набережная Яузы
Лефортовская набережная
Лефортовская набережная ( конец XIX — начало XX века ).
Названа по находившемуся в этой местности дворцу Франца Лефорта, сподвижника Петра I.
От улицы Радио до Рубцовской набережной.
На левом берегу реки Яузы в конце XVII века возникло поселение солдатского полка под командованием Франца Лефорта.
По его имени полк , а затем и слобода получили название Лефортовских. Полк состоял из переодетых в немецкое платье стрельцов и 50 иноземных солдат. На обширном пустыре был устроен плац для военных учений , построены солдатские казармы и дома для семей солдат. В 1706-1707 годах по приказу Петра I в Лефортовской слободе был организован военный госпиталь, рядом с которым в 1711 году построили церковь апостолов Петра и Павла.
В XVIII веке Лефортово превратилось в одну из императорских резиденций. В Головинском дворце часто останавливался Петр I. Во время короткого царствования Петра III этот дворец стал местом пребывания двора.
При императрице Анне Ивановне здесь возвели Летний Анненгоф и разбили регулярный парк, из Кремля на берег Яузы был перенесен Зимний Анненгоф. К коронационным торжествам Елизаветы Петровны в Головинском саду были построены деревянные Зимний дворец и Оперный дом.
После пожара 1771 года, уничтожившего Головинский дворец , на месте Летнего Анненгофа возвели Екатерининский дворец. В 1770-1780-х годах Лефортовская солдатская слобода имела шестнадцать кварталов деревянных домов, образующих одну продольную и семь поперечных улиц. Кроме солдат, здесь проживало много ремесленников. Уже к середине XVIII века Лефортово стало центром сосредоточения ткацкой промышленности Москвы. В том же векетерритория Лефортово вошла в черту города. В XIX веке царское семейство утратило интерес к этому району.
Екатерининский дворец был передан кадетским корпусам, рядом выстроили здания других военных учреждений. Бурно развивалось текстильное и кирпичное производства (в 1840 году из десяти имевшихся в черте Москвы кирпичных заводов семь находились в Лефортове ). Историческое название продолжает жить также в наименовании района Лефортово, станции Лефортово Московской окружной железной дороги, Лефортовского моста, Лефортовского парка.
Лефо́ртовский мост (бывший Дворцо́вый мост) — мост в Москве через реку Яузу. Соединяет улицу Радио сКрасноказарменной улицей. Самый старый московский мост[1].
Построен в 1777 году по проекту архитектора С. Яковлева на месте прежнего деревянного Солдатского моста[1].
В 1940 году реконструирован по проекту инженера В. А. Пащенко и архитекторов К. Т. Топуридзе и И. В. Ткаченко.
По мосту осуществляется автомобильное и трамвайное движение.
До 1940 года мост назывался Дворцовым, потому что соединял дворцы: Екатерининский с Лефортовским и Слободским. Нынешнее название дано мосту по району Лефортово, на границе которого он находится.
Вступивший на престол Павел I (1796—1801 гг.) придал облику Лефортова военно-парадный стиль. Екатерининский дворец был превращен в казармы полицейского полка И. П. Архарова. Свою императорскую резиденцию — Слободской дворец — Павел I устраивает на правом берегу Яузы, недалеко от дворца Лефорта. Свою императорскую резиденцию — Слободской дворец — Павел I устраивает на правом берегу Яузы. Для соединения дворцов, расположенных по обоим берегам Яузы, в 1781—1799 гг. вместо старого деревянного Солдатского моста был построен каменный Дворцовый (ныне — Лефортовский), по образу Большого Каменного моста через Москву-реку. В несколько измененном виде он стоит и сейчас, и является самым старым из московских мостов.
Мост-плотина в Лефортовском парке
Плотина Венеры Мост-плотина главной (липовой) аллеи Головинского сада между Головинским и Восьмигранным прудами.
Их разделяет Плотина Венеры – серо–белая, массивная, зимой она похожа больше на мост или берег, чем на плотину. Возможно в 18 веке она была другой, но сейчас никаких ассоциаций с Венерой плотина не вызывает. Пруды не пустуют, там можно встретить крякв, огарей, чаек, голубей и ворон. Добрые посетители парка обильно подкармливают их.
Театр кукол
В старинном особняке со сказочными фигурками на фасаде на пересечении Спартаковской и Бауманской улиц разместился Московский театр кукол.
Один из старейших театров кукол Москвы уже 75 лет целенаправленно работает для юных зрителей от 3-х до 12-ти лет. Основой репертуара является сказка – народная и литературная, русская и зарубежная. В афише театра двадцать постановок, разных по темам, жанрам, выразительным средствам. 
В музее театра перед спектаклем и в антракте маленькие зрители смогут не только посмотреть, но и подержать в руках кукол, игравших ранее в спектаклях. Такое близкое знакомство с куклами помогает юным зрителям узнать о разнообразии театральных кукол и лучше понимать их. 
Московский театр кукол — старейший из ныне действующих кукольных театров столицы и один из старейших в России. Он был создан в 1930 году в системе Госиздата как Театр детской книги с целью пропаганды детской литературы. В 1937-1954 гг. носил название 1-й Московский кукольный театр. С 1954 года – Московский театркукол. Пикпопулярности театра пришелся на 1986-1991 годы и связан с деятельностью Леонида Хаита, создателя и руководителя знаменитого «театра на колесах» «Люди и куклы».
Дом В.Л.Пушкина ( Стар. Басманная, д.36)
На Старой Басманной улице сохранился небольшой деревянный дом с девятью окнами по фасаду. В этом доме с 1824 по 1826 год жил родной дядя Пушкина, Василий Львович Пушкин, известный стихотворец начала XIX века, автор первых манифестов карамзинской школы, староста общества "Арзамас", творец поэмы "Опасный сосед", выход которой стал сенсацией.
Судьба сводила его с замечательными людьми. Он был дружен со многими известными писателями и поэтами - Н.М. Карамзиным, В.А. Жуковским, К.Н. Батюшковым, П.А. Вяземским. В его гостеприимном доме бывали И.И. Дмитриев, Д.В. Давыдов, А.А. Дельвиг, А. Мицкевич. Родовой москвич, Василий Львович был своего рода достопримечательностью первопрестольной. Его знала вся Москва. И он знал всю Москву, любил родной город, участвовал во всех заметных событиях московской жизни.
С Василием Львовичем связано детство А.С. Пушкина, первые шаги великого поэта в поэзии, поездка в 1811 году в Петербург, в Лицей. В дом дяди А.С. Пушкин, возвращенный из михайловской ссылки, приехал 8 сентября 1826 года сразу же после встречи с Николаем I в Чудовом дворце Кремля, да и потом не забывал дядю, навещал его. Когда в 1830 году Василия Львовича не стало, племянник взял на себя хлопоты по похоронам, проводил дядюшку в последний путь до кладбища Донского монастыря.По постановлению правительства Москвы от 28 июля 1998 года № 586 Государственному музею А.С.Пушкина поручено создание на правах филиала "Дома Василия Львовича Пушкина" на Старой Басманной улице (дом 36) в целях, как сказано в постановлении, "сохранения уникального памятника истории и культуры".В настоящее время ведется работа по поиску материалов и созданию экспозиции нового музея, которая воскресит забытые страницы истории, литературы и культуры Москвы первой трети XIX века, расскажет о Немецкой слободе, где прошло детство А.С.Пушкина.
В квартирной книге Басманной части 1822–1824 года указано, что дом Кетчера был отстроен "1820 года, ноября 16 дня". Василий Львович Пушкин снял этот дом у титулярной советницы П. В. Кетчер в 1824 году. Знаменитый поэт, член литературного кружка «Арзамас», В.Л. Пушкин был дружен с Н.М. Карамзиным, В.А. Жуковским, К.Н. Батюшковым, П.А. Вяземским. В его московском доме на Басманной улице бывали Денис Давыдов, Адам Мицкевич, Антон Дельвиг, Иван Пущин. В этот дом приезжал погостить и его племянник, Александр Сергеевич Пушкин.
Храм Великомученика Никиты
ХРАМ ВЕЛИКОМУЧЕНИКА НИКИТЫ НА СТАРОЙ БАСМАННОЙ

Одна из древнейших московских церквей, основанная великим князем Василием III, за свою многовековую историю была приходским храмом для всех сословий. Под ее сводами молились А.С. Пушкин, К.Н. Батюшков, П.А. Вяземский, Ф.С. Рокотов, Марина Цветаева. После революции она – одна из немногих в Москве – не была захвачена обновленцами.
Легенды и были Старой Басманной
Ранняя история храма довольно туманна. Первые сведения об этой церкви относятся к правлению Василия III, отца Ивана Грозного. Из летописи известно, что в 1518 году в Москву принесли из Владимира две местные святыни – образ Спасителя и Владимирскую икону Божией Матери – для поновления и украшения серебром и золотом. Через год, в праздник святого Никиты Мученика, поновленные иконы провожали обратно во Владимир торжественным крестным ходом. За посадом великий князь и митрополит Варлаам простились с ними и передали владимирцам, пришедшим в Москву за своими святынями. И на том месте, где Василий III простился с владимирскими иконами, он повелел поставить деревянную Владимирскую церковь «во имя Пречистыя Владычицы нашея Богородицы, честнаго и славнаго Ея сретения и провожания». И молился, чтобы Она защитила Москву от набегов крымского хана.
Вторая версия сложней, но, по всей вероятности, достоверней. Она гласит, что в то самое время, когда владимирские святыни пребывали в Москве, за Покровкой, на территории Басманной, иждивением великого князя строили деревянную приходскую церковь для местной слободки. В тот день, когда провожали иконы, церковь собирались освящать. Чтобы совместить два торжества – проводы икон и освящение церкви, крестный ход отклонился от обычного маршрута и направился к храму, где и были отпущены иконы. Церковь была освящена в честь Владимирского образа Богородицы, а поскольку все это произошло 15 сентября, то позднее, в XVII веке, в храме освятили придел во имя великомученика Никиты, чья память в этот день и совершается. И крестный ход в память тех проводов с участием царя и патриарха совершался в эту церковь до 1683 года.
Это был четвертый большой крестный ход в Москве из числа совершаемых с древней Владимирской иконой в дни ее празднований: в память избавления Москвы от Тамерлана в 1395 году, от хана Ахмата в 1480 году, от хана Махмет-Гирея в 1521 году и в память проводов владимирских святынь. С 1668 года он уже назывался «меньшим» крестным ходом в Басманники. Хаживал сюда и «тишайший» царь Алексей Михайлович.
Но церковная летопись Басманной началась раньше, чем появилась эта церковь – во второй половине XV века, когда в этих краях в декабре 1469 года родился святой Василий Блаженный. В то время Владимирской церкви еще не было, но позднее летописец указывал, что святой родился в ее приходе – для уточнения местности. Родители отдали его в ученики соседу-сапожнику, но отрок уже имел чудесный дар провидения. Однажды к его хозяину пришел человек и заказал сапоги покрепче, чтобы годами носились. Ученик вдруг улыбнулся, и когда заказчик ушел, сапожник спросил, почему он улыбается. Василий ответил: «Вот человек собирается носить сапоги годами, а не ведает, что завтра умрет». И действительно на следующий день заказчик умер. А Василий в 16 лет ушел из дому совершать свой подвиг и никогда в родные места не возвращался, но словно благословил их в ожидании появления храма. И в церкви Никиты Мученика до начала XX века хранился знаменитый образ святого на фоне Кремля, напоминающий, что «близ сей церкви была родина великого угодника».
Устроитель церкви Василий III тоже хорошо знал эти места. На Старой Басманной стоял его путевой дворец (он и сейчас частично сохранился в доме № 15), где великий князь останавливался перед въездом в столицу. До правления Петра I здесь же пролегала главная царская дорога в загородные резиденции Покровское, Рубцово-Преображенское, Семеновское и Измайловское. При Иване Грозном тут стояло несколько дворов иностранцев, находившихся на русской службе. Были здесь и земельные владения кремлевского Вознесенского монастыря.
В том же XVI веке появилась загадочная Басманная слобода. Ее приходским храмом и была Владимирская церковь. Историки пока не пришли к окончательному выводу, что же означает топоним Басманная.
По легенде, местность названа по фамилии любимца Ивана Грозного опричника Басманова, будто бы здесь он имел свой дом, но это оказалось ошибкой. На сегодняшний день существуют две научные версии. Согласно первой, здесь жили царские пекари, которые выпекали для царского и патриаршего двора «басманы» – мерный хлеб строго определенного размера или же с фигурами на верхней корочке, то есть с дворцовым клеймом – басманом. К этой версии склонялся и Владимир Даль. Вторая версия, ныне более принятая, гласит, что басманниками были ремесленники, занимавшиеся художественным тиснением на коже или металле: на тончайших металлических листах выдавливали узоры и обкладывали ими деревянные кресты и оклады икон, так что спрос на их изделия был велик, и они вполне могли составить население целой слободы. Есть и примиряющая версия: поскольку «басмой» именовалась в древности ханская грамота с вытисненной печатью, то позднее под этим словом понимали рельефные изображение или клеймо, которые могли наноситься и на хлеб, и на кожу, и на металл.
В старину Басманая часто называлась Покровкой, будучи ее продолжением. Здесь, у главной царской дороги, селились знатные фамилии, и Басманная стала московским феноменом – аристократическим островом на далекой окраине за городской чертой. Приходским храмом для «басманных вельмож» стала церковь Никиты Мученика.
Наследство князя-архитектора

Первый каменный храм на месте деревянного был построен в 1685 году, уже с приделом Никиты Мученика, в память проводов владимирских святынь, и он простоял до середины XVIII века.
Строительство нового прекрасного храма, дожившего до наших дней, иногда связывают с деяниями Петра Великого. Расселив на Новой Басманной в Капитановой слободе своих офицеров, он, по легенде, собственноручно начертил проект их приходской Петропавловской церкви. Контраст между храмами Старой и Новой Басманной оказался слишком велик, и тогда старобасманцы решили тоже построить себе великолепную церковь. К тому же их храм, пострадавший во время пожара 1737 года, когда выгорела Старая Басманная, уже был ветх и тесен для разросшегося прихода.
И в 1745 году, в правление Елизаветы Петровны, священники и прихожане Никитского храма подали прошение о разборке старого и о построении на его месте нового, более просторного храма с тем же посвящением на средства местных купцов. Просьба была удовлетворена, и вместе с тем вышло разрешение освятить второй придел в честь Рождества Иоанна Предтечи по именинам одного из храмоздателей – Ивана Рыбникова. Строить храм, к счастью для прихожан, поручили князю Дмитрию Васильевичу Ухтомскому, лучшему московскому архитектору эпохи елизаветинского барокко, именем которого при советской власти спасали от сноса храмы, приписав их его авторству, как например, замосквореченский храм Климента Римского. (Отметим, что некоторые считают архитекторами Никитской церкви А. Евлашева или К. Бланка.)
Уже в 1751 году новая церковь была освящена. По приделу она осталась известной как храм Никиты Мученика, но ее главный престол был по-прежнему освящен в честь Владимирской иконы Божией Матери. Ухтомский сотворил настоящее чудо. Он бережно отнеся к наследию старины: вместо того, чтобы разобрать старый храм, мастер не тронул древние стены, а перестроил их в трапезную с двумя приделами. С востока он на одной оси построил храм, а с запада – нарядную ярусную колокольню, так что храм вышел традиционно «кораблем», как это было принято с петровской эпохи. Колокольня завершена небольшим изящным шпилем. Храм кажется огненным от контраста белоснежного декора красных стен и сверкающей позолоты куполов. Он стал жемчужиной редчайшего в Москве елизаветинского барокко, но в то же время выглядит совсем по-московски «пряничным».
Никитский храм стал, бесспорно, лучшим московским произведением Ухтомского, хотя этот замечательный архитектор сделал Москве еще много хорошего. Он принадлежал к обедневшему, но славному и древнему княжескому роду, происходившему от самого Рюрика и князя Всеволода, сына Юрия Долгорукого, а фамилия была получена от Ухтомской волости, что на реке Ухтоме. Родиной архитектора было село Семеновское Ярославской губернии – то самое Пошехонье, которое Салтыков-Щедрин аллегорически описал как символ духовного и материального убожества, мелочности, скудости. Однако именно отсюда вышел лучший мастер самого роскошного архитектурного стиля. Учился он в знаменитой Школе математических и навигационных наук, что тогда находилась в Сухаревой башне, и затем был отдан в команду архитектора И.В. Мичурина, возводившего по проекту Растрелли киевскую церковь Андрея Первозванного. Командами назывались ученические школы при маститом архитекторе, которые создавались по указу Петра I для обучения на практике: учащиеся должны были помогать учителю на стройках и набираться опыта.
В 1745 году, когда начала строиться Никитская церковь, Ухтомский создал свою команду, и на ее базе – собственную архитектурную школу в Охотном ряду. Это была первая в России школа, где началось профессиональное архитектурное образование, поскольку строительная практика сочеталась с теоретическими занятиями и углубленным изучением архитектурной теории по античным трактатам. В то же время Ухтомский с учениками (а среди них были М. Казаков, А. Евлашев, И. Старов) вел огромную практическую работу, например по обмерам и укреплению зданий Московского Кремля. Сам он был очень плодовитым архитектором, возводивший символы старой Москвы. В 1755 году именно он перестроил здание Главной аптеки на Красной площади для открытия в нем на первых порах Московского университета. Он же построил знаменитый Кузнецкий мост через Неглинку, так как прежний деревянный затопляло в паводки, и предложил разместить там первый в Москве деловой купеческий центр в едином архитектурном ансамбле. В числе других его московских творений – церковь Алексия Митрополита на Николо-Ямской близ Рогожской слободы, колокольня церкви Параскевы Пятницы на Пятницкой улице в Замоскворечье, церковь на Лазаревском кладбище, и, конечно же, великолепные Красные ворота, которые были возведены деревянными в честь коронации Елизаветы Петровны и сгорели в 1748 году, после чего Ухтомский выстроил новые. Последним его московским неосуществленным проектом был Дом инвалидов в районе Симонова монастыря для пострадавших в Семилетнюю войну с Пруссией. Лебединой песней архитектора стала колокольня Троице-Сергиевой лавры, оконченная незадолго до его смерти в 1770 году, которую называют триумфальным и глубоко национальным творением гениального зодчего. Подобная колокольня могла появиться и в Москве – проект Воскресенской башни Китай-города Ухтомский составил по мотивам своей грандиозной звонницы в лавре, но он тоже не был осуществлен.
Феномен архитектора Ухтомского: практически все его творения не дожили до наших дней, хотя ему повезло больше, чем Баженову. Его шедевры не ломали при его жизни – они были отклонены, не осуществлены, заменены, перестроены, разобраны и даже закопаны, как Кузнецкий мост, или разрушены при советской власти по идеологическим мотивам, как Красные ворота и Пятницкая церковь. И потому оставшиеся крупицы особенно ценны. Таким памятником Ухтомскому в Москве осталась церковь Никиты Мученика.
В 1760 году архитектора несправедливо обвинили в растратах. Школу закрыли. Ему пришлось выйти в отставку и осесть в собственном доме, что стоял в приходе церкви Смоленской Богоматери на Плющихе. Ревизия выявила ложность обвинения, но в 1767 году Ухтомский навсегда покинул Москву и уже не вернулся ни к строительству, ни к преподаванию. Он умер 15 октября 1774 года в селе Архангельское-Дубки в Тульской губернии. Даже могила его была утеряна, и лишь сравнительно недавно обнаружили его надгробие.
«Басманные вельможи»
Пожар 1812 года почти не тронул Никитский храм и прилегающую застройку. К тому времени Старая Басманная превратилась в столь аристократический уголок Москвы, что ее иногда сравнивали с Арбатом и Пречистенкой. На «барской улице» селились и многие знаменитости. Все они были прихожанами церкви Никиты Мученика, которая процветала и славилась именами тех, кто молился под ее сводами.
На углу с Земляным валом, там, где сейчас сквер, находилась усадьба графа Петра Александровича Румянцева, знаменитого полководца, героя русско-турецкой войны. В 1819 году его сын Николай Петрович, основатель Румянцевского музея, продал ее купцу М. Варенцову.
На левой стороне улицы и сейчас стоит в перестроенном до неузнаваемости виде усадьба легендарного «бриллиантового князя» Александра Борисовича Куракина, прозванного так за любовь носить обильные алмазные украшения на костюме, расшитом золотом. Втаком виде его запечатлел художник В. Боровиковский. Куракин был другом детства императора Павла I, воспитывался вместе с ним, был обласкан самодержцем, когда тот вступил на престол, но не избежал опалы. Удалившись в Москву, князь в 1798 году купил владение на Старой Басманной и пригласил маститого архитектора Родиона Казакова построить дом, который расписывал Доменико Скотти. Так появился Куракинский дворец, с которым связана одна из интереснейших историй старой Москвы.
Хозяин нечасто бывал в нем, получив назначение послом в Австрию, а потом в Париж. Он участвовал и в подписании Тильзитского мира в 1807 году. А через три года на балу по случаюбракосочетания императора Наполеона вспыхнул пожар. Куракин, уступая дорогу женщинам, получил сильнейший ожог от своего костюма, на котором раскалилась сплошная золотая отделка.
Говорят, он оставил столько внебрачных детей, что после смерти в 1818 году ему было даже отказано в надгробном слове. И тем не менее, эти наследники, бароны Вревские, в 1826 году предоставили дворец на Басманной, не пострадавший в Отечественной войне, французскому послу Огюсту Мормону для резиденции на время коронации Николая I. Император и сам побывал в этом доме на балу, но об этом чуть ниже.
А в 1836 году дом продали для Межевого института. Здание перестроил архитектор Тюрин, возводивший поблизости новый Елоховский собор. Первым директором института на Старой Басманной был С.Т. Аксаков. Он пытался помочь своему знаменитому собрату по литературной деятельности и в марте 1838 года устроил сюда учителем русского языка очень нуждавшегося Виссариона Белинского, но тот вдруг уволился в октябре того же года. Бывал здесь и Достоевский: его сестра Вера была женой преподавателя Александра Иванова и жила здесь на казенной квартире, где часто останавливался писатель.
В 1867 году Межевой институт переехал в другое здание, и позднее в Куракинском дворце разместили Александровское коммерческое училище, основанное в 1880 году в память освобождения крестьян. Здесь готовили образованных коммерсантов столь нужных для капиталистической эпохи и оттого сурово преподавали точные науки. В1888 году перестроенноеархитектором Б.В. Фрейденбергом здание было освящено, вероятно, духовенством Никитского храма. В совет попечителей вошли братья Третьяковы, а среди выпускников был писатель А.М. Ремизов. Теперь здесь – Московский государственный университет инженерной экологии, бывший МИХМ.
А Межевой институт перевели в Гороховский переулок, дом № 4 – в другой аристократический дворец, прежде принадлежавший еще одному знатному прихожанину Никитской церкви Ивану Ивановичу Демидову, представителю знаменитой династии. Его дальние родственники владели в этих краях еще одним домом – Слободским дворцом на Вознесенской улице и были прихожанами соседнего Вознесенского храма на Гороховом поле. А этот Демидов не пожелал заниматься ни фамильным горным делом, ни доставшимся от отца наследством. Он продал отошедшие к нему заводы, и в 1789–1791 годах Матвей Казаков выстроил ему в Гороховском новый дворец по красной линии переулка: центральная ось фасада ориентирована на колокольню церкви Никиты Мученика. Демидов пожертвовал Никитскому храму великолепную ограду.
Позднее дом был продан купцу-старообрядцу Быкову. Тот поселился в домике привратника, и раз в году на Пасху преподносил себе оригинальный подарок: отпирал дворец и обходил его «золотые комнаты». Их стены были покрыты разноцветным шелком – каждый цвет в своей комнате, и каждая комната была украшена позолоченной деревянный резьбой. В них тоже бывал Достоевский, когда здесь разместился Межевой институт. Он хорошо знал эти места, так как в юности вместе с братом Михаилом учился в частном пансионе Л.И. Чермана на Новой Басманной.
Гороховский переулок был косвенно связан и с другим деятелем русской литературы. В XVIII веке здесь стоял дом, в котором жил настоятель Никитской церкви протоиерей Иван Иванов, дядя И.Г. Григорьева, который был дедом Аполлона Григорьева. Священник приютил у себя племянника на первых порах его пребывания в Москве, куда тот пришел в поисках жизненной удачи. Потом сам Аполлон Григорьев, уже известный поэт и критик, вспоминал, как он, гуляя по ночам, часто приходил к Никитской церкви, в раздумьях садился на паперть и ждал, не явится ли к нему старый дед «разрешить множество тревоживших душу вопросов».
Вернемся на Старую Басманную. В районе дома № 20 находилась усадьба А.И. Бабушкина, одного из храмоздателей Никитской церкви и одного из первых русских текстильных мануфактурщиков. В середине XIXвека этот участок купил другой известный фабрикант –Михаил Бостанджогло, который, по преданию, первым ввел в употребление папиросы. А соседний дом (№ 22) принадлежал Сухово-Кобылиным, родственникам писателя.
На противоположной стороне – легендарный особняк № 23, выстроенный учеником Матвея Казакова архитектором Жуковым. Он принадлежал Ивану Матвеевичу Муравьеву-Апостолу и его трем сыновьям-декабристам – Сергею, Матвею и Ипполиту. Они тоже были прихожанами Никитского храма, о чем осталась запись в его исповедальных росписях.
Дворянская фамилия Апостолы – молдавского происхождения. Они переселились в Малороссию еще при Богдане Хмельницком. Их потомок Данило Петрович Апостол, дальний родственник и тезка последнего выборного гетмана Малороссии Данилы Павловича Апостола, имел сестру, которая вышла замуж за генерал-майора Матвея Артамоновича Муравьева. Их сыну Ивану Матвеевичу, «басманному вельможе», император Александр I дозволил носить двойную фамилию Муравьев-Апостол. За какие заслуги? Полагают, что род Апостолов уже не имел прямых наследников, и так государь позволил сохранить фамилию. Натан Эйдельман предложил более интересную версию: Иван Матвеевич Муравьев не участвовал в заговоре против Павла I в марте 1811 года и за это получил в награду двойную фамилию предков.
Иван Матвеевич был весьма далек от революционных настроений. Очень образованный офицер, он пребывал в милости и у Екатерины Великой и у Павла I, служил послом в Гамбурге и в Испании, состоял «кавалером» при великих князьях Александре  и Константине, но в 1805 году все же попал в опалу и поселился в Москве. Дом на Старой Басманной перешел к нему в 1815 году в качестве приданого после второй женитьбы на Прасковье Грушецкой – тогда его имя впервые упоминается в исповедных росписях Никитского храма как нового прихожанина с домочадцами. Кстати, хозяин был талантливым писателем: считается, что под влиянием его «Путешествия по Тавриде» Пушкин написал «Бахчисарайский фонтан». А в 1816 году, согласно тем же исповедным росписям Никитского храма, в его приходе жил поэт Константин Батюшков, друживший с этой семьей.
В декабре 1825 года все три сына стали руководителями восстания. С их участием был поднят мятеж Черниговского полка. Младший Ипполит, видя поражение, застрелился, чтоб не сдаваться. Сергей был повешен в Петропавловской крепости 13 июля 1826 года вместе с Пестелем, Рылеевым, Каховским. Матвею заменили смертную казнь каторгой. После амнистии 1856 года он вернулся в Москву и дожил до глубокой старости. Дом же на Старой Басманной был продан и позднее в нем открылся детский приют ведомства императрицы Марии Федоровны. Он чудом уцелел в капиталистической лихорадке, когда на его месте едва не появился очередной доходный дом. После революции Луначарский хотел открыть здесь музей декабристов, но идея осуществилась только в 1986 году, а через несколько лет он закрылся из-за аварийного состояния особняка.
Вторая веха в его истории – современная. Этот дом стал одним из трех в Москве, сданных в аренду потомкам прежних владельцев (кроме него, это еще чайный дом Перлова на Мясницкой и избушка Пороховщикова в Староконюшенном). Муравьевы-Апостолы, приехавшие в Россию в 1991 году, увидев плачевное состояние дома, решили сами восстановить его для музея.
Тесней всего Старая Басманная оказалась связана с именем А.С. Пушкина, потому что здесь жил его любимый дядюшка Василий Львович, которого поэт назвал своим «парнасским отцом», а тот его – «братом по Аполлону». Франт, мот и светский баловень, (говорили, что у него в мире три привязанности: сестра Анна Львовна, князь Вяземский и однобортный фрак), он успешно обрел себя на поэтическом поприще, дружил с литературной элитой Москвыи был в чести у Гаврилы Державина. Василий Львович примкнул к карамзинистам, приверженцам живого русского языка, выступавших против А. Шишкова, сторонника архаизмов и славянизмов, и приобщал юного Пушкина к красивой русской речи. Вообще он имел такую литературную славу, что Пушкина поначалу называли племянником Василия Львовича, и только потом уже Василия Львовича величали дядюшкой Пушкина.
В 1811 году именно он увозил мальчика в Царскосельский лицей (при этом умудрился прокутить 100 рублей, подаренные племяннику «на орехи»). Именно он первым обратил внимание на его гениальное дарование. И именно в его дом на Басманную Пушкин приехал сразу после аудиенции у Николая I, состоявшейся в кремлевском Николаевском дворце 8 сентября 1826 года. Император тогда отправился тоже на Старую Басманную, на бал к французскому послу Мормону в Куракинский дворец, предоставленный потомками бриллиантового князя, и именно в том доме государь произнес историческую фразу: «Я только что разговаривал с умнейшим человеком в России». С этого же бала, узнав о возвращении Пушкина в Москву, сбежал его друг С.А. Соболевский и прямо в бальном костюме явился в домик Василия Львовича. Здесь Пушкин немедленно поручил ему передать графу Федору Толстому (Американцу) вызов на дуэль, которая не состоялась.
Только историки задаются вопросом, в каком именно доме на Басманной все это происходило. Дело в том, что дома было два. Один из них под номером 36 Василий Львович снимал у В. Кетчер, вероятно, матери Н.X. Кетчера, друга Герцена и Огарева. В несохранившемся доме № 28 жила его любимая сестра Анна Львовна. После ее смерти в октябре 1824 года дом перешел к Василию Львовичу по наследству, и свои последние годы он провел в нем, но когда состоялось новоселье, неизвестно. Все это точно происходило в приходе Никитского храма, так как в нем отпевали Василия Львовича.
Последние годы он уже не мог посещать свою церковь, страдая от жестокой подагры. И так рад был предстоящей свадьбе племянника, что плакал от радости, узнав о помолвке. Сообщая Вяземскому, что Александр «огончарован», он собирался преподнести молодым супругам в подарок стихи собственного сочинения. Однако свадьбу пришлось отложить из-за его смерти.
Пушкин присутствовал при кончине дяди 20 августа 1830 года. Простившись, он вышел из комнаты, а священник Никитской церкви приступил к таинству соборования, во время которого при чтении молитвы умиравший мирно испустил дух. Все расходы по похоронам поэт взял на себя, чтобы не тревожить отца, хотя это сильно сказалось на его финансовых обстоятельствах. 23 августа в 9 утра в Никитской церкви собрался цвет московской интеллигенции: П.А. Вяземский, Н.М. Языков, М.П. Погодин, Н.А. Полевой, И.М. Снегирев. Вяземский вспоминал, что «протопоп в надгробном слове упомянул о занятиях его по словесности, и вообще говорили просто, но пристойно». Пушкин молился, стоя у гроба. Отсюда процессия направилась на Донское кладбище, где был похоронен отец покойного Лев Александрович. Пушкин нес гроб с телом дяди до самого кладбища, хотя по другим воспоминаниям, он шел пешком за гробом всю дорогу от храма до Донского монастыря, мрачный и подавленный.
Поэт едва сам не стал прихожанином Никитского храма. Он собирался вступить в права наследства, так как у дяди не было законных детей, но тот отписал имущество и дом внебрачным отпрыскам, которые официально назывались «воспитанниками», и эту волю покойного утвердил император. Пушкин унаследовал лишь старинную печатку, оставшуюся у Василия Львовича от отца.
А на углу Токмакова переулка, в доме № 30 жил еще один знаменитый прихожанин Никитской церкви – художник Федор Степанович Рокотов. Он считал себя коренным москвичом, так как родился в селе Воронцово в 6 верстах от Калужской заставы крепостным князя П.И. Репнина, но по некоторым данным был его незаконным сыном, зачисленным в крестьянскую семью. Есть версия, что в юности он учился у иконописцев, а потом в мастерской Ивана Аргунова, крепостного Шереметевых. Судьба оказалась к нему благосклонной: на него обратил внимание граф Иван Шувалов и увез в Петербург, где тот поступил в Академию художеств. Вскоре по просьбе Ломоносова ему было поручено скопировать с мозаики портрет императрицы Елизаветы для Московского университета. Свой первый заказ Рокотов исполнил столь успешно, что его заметили при дворе и поручили написать парадные портреты Петра III и малолетнего наследника Павла Петровича. В апреле 1762 года император дал Рокотову сеанс, и готовый портрет был подарен ему незадолго до смерти: художник удостоился за него звания адъюнкта живописи и права присутствия за обедом его императорского величества.
После дворцового переворота летом 1762 года последовал заказ на тронный портрет Екатерины II: она тоже позировала ему, едва ли не единственному из художников, удостоившихся подобной чести. Рокотов изобразил императрицу как олицетворение просвещенной монархии. Императрица была столь очарована этим портретом, что повелела остальные свои парадные изображения и особенно лицо писать по оригиналу Рокотова. В 1765 году 29-летний художник был удостоен звания академика живописи, и тут же оставил Петербург. Тому называют разные причины. То ли преподавание в Академии не оставляло возможностей для собственной работы, то ли художнику плохо было в великосветском Петербурге с его интригами, то ли его просто обошли званием адьюнкт-профессора.
В Москве Рокотов сначала снимал, а в 1785 году купил дом на Старой Басманной с мастерской во флигеле. Кстати, именно по исповедным росписям Никитского храма была установлена приблизительная дата рождения живописца – 1735 год. Рокотов часто посещал храм, молился в нем и смотрел на эту небесную красоту. Полагают, что отсюда, с Басманной, он уехал в свое последнее пристанище на Воронцовской улице близ Таганки. В Москве у вольного художника по-прежнему не было отбоя от знатных заказчиков: в мастерской на Старой Басманной находились одновременно около 50 портретов, где Рокотов рисовал только головы и лица, а помощники – все остальное. На одном своем последнем портрете Рокотов запечатлел легендарную княгиню Наталью Голицыну, ставшую прототипом старухи в «Пиковой даме». По преданию, она была внучкой Петра Великого от его внебрачной связи, имела знакомство с графом Сен-Жерменом и обожала карты. Она даже пережила Пушкина и умерла в декабре 1837 года, немного не дожив до 100 лет.
В начале 1790-х годов Рокотов стал терять зрение, его звезда медленно закатилась. Он умер 12 декабря 1808 года и был похоронен в Новоспасском монастыре около башни. Могила его утеряна.
И еще одна достопримечательность находится в Гороховском переулке, дом 10. До революции в этом здании располагалась известная женская гимназия Веры Николаевны фон Дервиз, связанная с трагической судьбой членов этой семьи. Павел Григорьевич фон Дервиз, далекий потомок шведов, пришедших на службу в Россию, стал крупнейшим железнодорожным магнатом, но их с женой постигло глубокое несчастье – сын и дочь оказались смертельно больны туберкулезом. После того, как в 1874 году умер сын Владимир, отец основал в его память детскую Владимирскую больницу в Сокольниках – в советскоевремя она была известна как Русаковская. А в 1881 году в Германии скончалась дочь Варя, которой едва исполнилось 16 лет. Отец приехал на вокзал встречать ее гроб и на перроне умер от инсульта.
Вера Николаевна, потеряв двух детей и любимого мужа, посвятила себя благотворительности и решила устроить женскую гимназию с пансионом. В то время хорошие женские гимназии были достойного уровня, в них воспитывали не щедринских «ангелочков», а культурных, образованных женщин. Согласно желанию основательницы в ее заведение принимались девочки только из благородных православных семей, но потом она разрешила прием католичек, лютеранок и разночинок.
В 1881 году гимназия фон Дервиз открылась в доме на Старой Басманной № 13. А в 1898 году Вера Николаевна купила для нее особняк в Гороховском переулке. На втором этаже в большом актовом зале совершались ежедневные молитвы и проводились торжественные собрания. Основательница особо пожелала, чтобы в зале был помещен портрет покойной дочери Варвары и чтобы в день ее рождения служились панихиды (к этому, по всей видимости, привлекались священники Никитского храма), а в день ангела проводились торжественные годовые акты в гимназии – награждение лучших учениц, балы, благотворительные концерты. В них, кстати, участвовала молодая А.А. Яблочкина. Правда, под псевдонимом, потому что актриса императорского Малого театра не имела права выступать в частных мероприятиях.
Поначалу в пансионе проживали 16 гимназисток – по числу лет Вареньки, – носившие строгую форму: коричневое платье с черным фартуком, коса и непременный большой бант. Столь же строгой была и дисциплина. Гимназия стала одной из лучших в Москве. В декабре 1901 года В.П. фон Дервиз была выражена личная благодарность императора Николая II за пожертвования в пользу этого учебного заведения. Здесь учились дочери московской интеллигенции и буржуазии – Морозовых, Лялиных и других. В 1906 году после смерти матери сюда поступила на полный пансион Марина Цветаева – по собственному желанию, чтобы уйти из дома. Здесь она успела написать стих «Дортуар весной», но вскоре ее выгнали за неблагонравное поведение, революционные бунты и дерзости, которыми она заражала остальных воспитанниц. С таким характером, какой был у юной Цветаевой, сложно было подобрать учебное заведение, чтобы оно не вызвало у нее бунта, и она сменила еще несколько гимназий, пока не доучилась кое-как в частной гимназии Брюхоненко в Столовом переулке.
Второй знаменитостью была актриса Рина Зеленая, учившаяся здесь с 1911 по 1919 год. Потом она с юмором вспоминала, как легко и приятно ей было учиться: «Никакие «ять» мне были не страшны, я на глаз примеривала, как написать красивее, и писала правильно». А когда началась Первая мировая война, гимназистки демонстративно перестали учить уроки по немецкому языку, и бедный учитель не смел этому перечить.
Преподавателей же Вера Николаевна отбирала с такой же строгостью, в которой держала своих питомиц. Интересно, что географию преподавал И.В. Юркевич, прежде состоявший домашним учителем детей Савы Мамонтова в Абрамцево. Много времени уделялось изучению закона Божьего. Питомицы часто бывали и в Никитском храме.
«Никита Мученик»

Святой великомученик Никита на престоле, со святыми на полях. XVII в.Летом 1905 года в храме случился пожар от непогашенного кадила, как сообщали газеты, и тогда сгорел чтимый образ святого Василия Блаженного – словно в знак грядущих испытаний. А вход в церковь осенял Иверский образ Божией Матери. Тогда близ храма на казенной квартире жил Николай Иванович Астров, сын врача Межевого института. Он вспоминал, как, проезжая мимо храма в гимназию, по завету бабушки всегда осенял себя крестным знамением, глядя на эту икону. Астров стал примечательной личностью в истории Москвы. Он вошел в состав Временного правительства, весною 1917 года был московским городским головой, а после Октябрьской революции стал инициатором создания Комитета общественного спасения, организовавшего сопротивление большевикам. После поражения, в том же ноябре, Астров участвовал в создании первой подпольной антисоветской организации («Девятки») и был избран членом Учредительного собрания. Потом примкнул к генералу А.И. Деникину и умер в эмиграции.
В начале XX века в Никитском храме служил знаменитый протодиакон Михаил Холмогоров, чей необыкновенный бас собиралась слушать вся Москва. В поклонниках у него была Нежданова. Скульптор Меркуров лепил его голову, художник Павел Корин запечатлел его в портрете к картине «Уходящая Русь» а Михаил Нестеров – в картине «На Руси» в центральном образе московского царя. Он окончил филармонию с золотой медалью, ждали, что он будет артистом, но мать отсоветовала ему идти на сцену: «Куда тебе, Миша, в артисты, с твоей-то простотой? Заклюют тебя за кулисами. Иди уж ты в диаконы – послужи Господу». Когда он служил диаконом в Никитском храме, его приглашал к себе Зимин, владелец известной частной оперы, спеть у него пушкинского Пимена, уговаривая: «Ведь Пимен-то лицо духовное!».
Его называли вторым Шаляпиным. Только если Шаляпин был прежде всего артист, то «Холмогоров был весь молитва», как вспоминал один его современник, рассказывая, что «Верую» он пел лучше Шаляпина. «Когда он возглашал: “Им же вся быша”, делалось страшно. Казалось, что молящимся открывается тайна творения». Его величественный образ напоминал апостолов в «Тайной вечере» Леонардо да Винчи. Во время ареста патриарха Тихона Холмогоров дал слабинку и присоединился к «живой церкви», но скоро покаялся и был лично прощен святителем Тихоном. В марте 1925 года отец Михаил участвовал в панихиде по усопшему патриарху в соборе Донского монастыря. А на своей квартире, в доме причта на Старой Басманной, № 14, он устраивал домашние музыкальные вечера, на которые приходили почитатели его певческого дара. Среди них были великий химик Н.Д. Зелинский и дирижер Н.С. Голованов, а однажды дом посетил митрополит Дмитровский Трифон (Туркестанов), который когда-то рукополагал Холмогорова в сан диакона.
В 1929 году он оставил Москву и вернулся только в 1943 году, но уже в другой храм – апостола Филиппа на Арбате, где служил до кончины, последовавшей в 1951 году. Но перед тем он принял участие в торжественной интронизации патриарха Алексия (Симанского) в Богоявленском соборе, возгласив ему многолетие.
Никитский храм тоже остался верным святому патриарху Тихону и Православной Церкви. Этим он привлек к себе множество прихожан из других районов Москвы, чьи приходские церкви захватили обновленцы. Храм держался стойко во многом благодаря его последнему настоятелю протоиерею Иоанну. Служба здесь по-прежнему велась по каноническому уставу, хотя власти не раз покушались и на настоятеля, и на храм – таких в Москве оставалось немного.
В 1930-х годах вся правая сторона Старой Басманной, уже носившей имя Карла Маркса, была предназначена к сносу с целью расширения улицы, а на участке, где стоял храм, собирались строить Дом Советов Бауманского района. В марте 1933 года президиум Моссовета принял решение: «церковь так называемого Никиты» закрыть и снести. Сохранились тяжелые воспоминания о закрытии храма, явственно напоминающие известную историческую сцену времен Ивана Грозного. Когда протоиерей Иоанн завершал литургию, в храм вошли вооруженные сотрудники НКВД, сорвали с него облачение и поволокли к выходу. Отец Иоанн хотел благословить паству, но его столкнули с солеи. Тогда он обратился к царским вратам, троекратно перекрестился и сам направился к выходу. Немногие прихожане, кто был тогда в храме, оцепенели от ужаса. На паперти отец Иоанн хотел обернуться, чтобы еще раз осенить себя крестным знамением, но его штыками вытолкали из храма. Не оставляли и мирян: 17 февраля 1938 года на Бутовском полигоне был расстрелян мученик Василий Иванов, староста Никитской церкви, не побоявшийся заявить на допросе о своих православных и монархических убеждениях.
Храм был разграблен и разорен (хотя есть предание, что священники успели спрятать святыни в особый тайник), но не снесен: то, что случилось дальше, иначе как чудом, назвать нельзя. Президиум Моссовета изменил свое решение, вероятно потому, что сектор науки Наркомпросса, пытавшийся спасти Никитский храм от сноса, предложил использовать для «нужд города» соседнюю церковь Вознесения на Гороховом поле, так как она не имела столь ценного стильного убранства. Уже летом 1933 года власти отказались от сноса Никиты Мученика, но факт его ценного убранства при этом проигнорировали, рекомендовав передать его здание Лесотехническому институту. И про Дом Советов на этом месте тоже почему-то забыли. Барочное убранство было уничтожено, демидовская ограда частично разобрана, но здание церкви уцелело.
Оно побывало учебным залом районной бригады ПВО, складом министерства культуры СССР, общежитием и прочими службами для «нужд города», и даже получило частичную реставрации как памятник, состоящий на государственной охране, пока в наши недавние дни его не вернули Церкви.
В июле 1997 года Святейший Патриарх Алексий II совершил его освящение. И ныне этот сверкающий позолотой, огненный храм в белокаменных узорах напоминает изящный, но величественный корабль, плывущий по историческим водам Старой Басманной.
Сад им. Н.Баумана
Сад культуры и отдыха имени Н. Э. Баумана — исторический памятник ландшафтной архитектуры и садово-паркового искусства, который располагается между Старой Басманной и Новой Басманной улицами.
Сад имени Н. Э. Баумана был образован в 1920 году из нескольких окрестных участков. Главный вход расположен на Ново-Басманной улице. Парадная арка в стиле неоклассики была создана в 1950-е годы (проект архитектора Иннокентия Мельчакова).
История создания сада уходит к началу XVI века, к фамильным садам династии Голицыных. В 1700 году владелец поместий князь Михаил Голицын создал единую ландшафтную композицию в виде парка, разбитого позади его особняка на Старой Басманной. В 1782 году он передал парк городу в качестве открытой зоны для отдыха.
Соседствующий с Голицынским усадебный сад приобрела в конце XVIII века династия Стахеевых. Золотопромышленник и чаеторговец Николай Стахеев построил на территории усадьбы декоративный грот «Бельведер», который сохранился до наших дней. В пещерах грота играли музыканты и велись беседы, а на вершине грота имелась обзорнаябеседка-бельведер. До наших дней сохранился главный дом усадьбы с антресолями (зодчий Михаил Бугровский и скульптор В. Г. Гладков), где сейчас располагается Центральный дом детей железнодорожников. Позади усадьбы находились служебные постройки и большой сад. Сейчас это правая сторона сада им.  Н. Э. Баумана.
В XIX веке на территории сада находился флигель, где больше 20 лет жил известный русский мыслитель и общественный деятель, участник Отечественной войны 1812 года Петр Чаадаев, которого посещали Александр Пушкин, Николай Гоголь, Александр Герцен, Иван Тургенев.
В первом десятилетии ХХ века потомок первых владельцев садов князь Николай Голицын передал усадьбу в ведомство города, позже к парку присоединились сады старых усадебЧулковых-Ростопчиных и Левашовых. После революции в состав нового городского сада вошла часть бывших владений Николая Стахеева. Позже московская паркостроительная кампания 20-30-х годов прошлого века присоединила к саду усадьбу Провэ. Новый советский сад получил имя Первого мая, затем саду дали имя революционера Николая Баумана, погибшего в 1905 году. В 1972 году на одной из аллей сада был установлен бронзовый памятник-бюст Баумана (скульптор В. Н. Одиноков, архитектор Владимир Климов). В Саду появились музыкальная эстрада, столовая, кухня, открытый киноэкран с будкой кинооператора.
В послевоенные годы в саду велось активное строительство, в западной части строился новый кинотеатр на 720 мест (взамен сгоревшего в 1947 году), ворота южного входа и танцверанда. Построенная в 1930 году летняя эстрада была увеличена, сзади нее построили помещения для артистов. Усадебную оранжерею оборудовали под бильярдную, перестроили памятник ландшафтной архитектуры «Грот». В 1965 году в Саду была построена новая кинопроекционная для летней эстрады, бильярдная перенесена в новое деревянное помещение, а в оранжерее разместили школу фигурного катания.
В Саду имени Баумана проводятся разнообразные культурные мероприятия: концерты, шоу. Часть бывшего особняка князя Михаила Голицына арендует Российский фонд культуры, и здесь регулярно устраиваются художественные выставки. В саду работает летний кинотеатр на 850 мест, в котором по пятницам, субботам и воскресеньям демонстрируются кинофильмы.В саду снимались фрагменты фильма «Покровские ворота», выступал Леонид Утесов и другие известные артисты.
В парке действует шахматно-шашечный клуб, проводятся культурно-массовыеи физкультурно-оздоровительные мероприятия. Также в саду есть детская и спортивная площадки, эстрада со звуковым и световым оборудованием. В летний период на открытом воздухе демонстрируются художественные фильмы.

Приложенные файлы

  • docx 4141527
    Размер файла: 790 kB Загрузок: 1

Добавить комментарий